• 12 мая 2014 Общество

    Вслед за референдумом готовится большая ревизия

Первоначально референдумы планировались в трёх областях. Однако выступление Владимира Путина 7 мая позволило умеренным сепаратистам Харькова отступить без потери лица. Мэр Геннадий Кернес явно контролирует ситуацию даже из израильской клиники. На Харьковщине, в отличие от Донетчины и Луганщины, существуют довольно сильные организации сторонников единой Украины. Сепаратистский референдум наверняка вызвал бы здесь не просто раскол, но и серьёзные столкновения. Поэтому предложение российского президента здесь пришлось очень к месту.

Иное дело в Донецкой и Луганской областях, где вооружённые формирования «сторонников федерализации» второй месяц успешно сопротивляются регулярной украинской армии. Проукраинские тенденции здесь жёстко «запрессованы». В ряде городов и районов установлены порядки, близкие к военно-террористическим. Судьбу депутата Владимира Рыбака, убитого после попытки защитить национальный флаг, приходится принимать к сведению. Как и совет «народного мэра» Славянска Вячеслава Пономарёва: «Пусть сидят тихо-тихо». Шахтёрский же профсоюз на практике придерживается нейтралитета.

Среди шахтёров, по имеющимся оценкам, позиции делятся примерно надвое. Есть противники присоединения к России – невесёлая судьба шахт Ростовской области известна горнякам Донбасса. Эту позицию высказывает профсоюзное руководство. Но другие горняки считают главной опасностью экономическую интеграцию с ЕС – восточноукраинский уголь в Европе не будет востребован. Кроме того, хотя на киевском Майдане встречались донецкие шахтёры, украинский национализм в версии «Свободы» или «Правого сектора» в этой среде крайне непопулярен с начала 1990-х.

Преддверие референдума и день голосования отметились ожесточёнными столкновениями в Мариуполе и под Славянском. Однако периодически возобновляемое наступление украинских войск и добровольцев Национальной гвардии кардинально ситуации пока не меняет. В общем и целом, Донецкая и Луганская области контролируются сепаратистами. Кстати, поступило сообщение, что в руководстве самопровозглашённой «ДНР» сразу после референдума произошёл мини-переворот. Власть окончательно взяли силовики российского происхождения во главе с Игорем Гиркиным (знаменитый «позывной «Стрелок»).

Если оставить за скобками киевскую АТО, сопротивление исходит из соседних областей. Чётко обозначились региональные границы. Своеобразным прифронтовым оплотом сделалась Днепропетровская область губернатора Игоря Коломойского (того самого, о котором 4 марта Путин счёл нужным упомянуть персонально: «Он нашего Абрамовича кинул!»). Едва не самым боеспособным украинским подразделением становится местный батальон «Днепр». Именно «Днепр» вёл бой в Мариуполе. Но, отбив несколько атак на здание городского УВД (начальник которого обнаружен едва живым, но всё же не повешенным, как сообщалось ранее), «Днепр» покинул город – из-за явного отсутствия поддержки населения. На несколько часов Мариуполь накрыла волна мародёрства. Пресечь которое удалось лишь экстренным привлечением в помощь милиции патрулей с коллектива «Азовстали».

И.о. президента Украины Александр Турчинов заявил об этом как о достижении властей. Однако очевидно: активные группы населения поддержали пророссийских сепаратистов. Рабочие же «Азовстали» готовы противостоять откровенной уголовщине (поднимающейся на «пророссийской» волне), но не защищать единство Украины.

Прошедшие пять недель позволяют более-менее сформулировать, кто является движущей силой антиукраинского сепаратизма. Руководящее ядро – люди, авторитетные в малом и среднем бизнесе, порой с корнями в РФ (иногда недвусмысленно намекающие на связь с российскими силовыми структурами), придерживающиеся державно-имперских, а то и монархических взглядов. Происходящее для них – процесс имперской реставрации. Наследники большевизма и белогвардейщины сошлись на державной платформе.

Сформировался боевой актив. Появился заметный слой людей, для которых война с «бандеровщиной» стала смыслом и образом жизни. Это в любом случае надолго. Не говоря о таких показательных ситуациях, как задержание корреспондента «Новой газеты» Павла Каныгина (первоначально сообщалось о выкупе в тысячу долларов) или захват нефтебазы в луганских Ровеньках. Экономическая составляющая неизбежна в борьбе хоть за имперскую державу, хоть за национальную свободу. На глазах формируется новый капитал «бригадного» происхождения. Член правительства самопровозглашённой ДНР Александр Хряков уже назвал «ревизию социально-экономической сферы» среди главных задач.

Особый – вероятно, главный – вопрос: массовая база «сторонников федерализации». Из каких побуждений голосовали люди за независимость «имперских республик» в Донецке и Луганске? Украинские источники приводят два мотива: страх и пропаганда. Наверняка не обходится без того и другого. С автоматчиками, советующими несогласие держать при себе, трудно спорить. Доверие к российскому телевидению в Донбассе выше, чем в самой России (где зомбирующий эффект тоже достаточно эффективен). Но есть более глубокие социально-экономические и культурные факторы.

Миллионы жителей «федерализирующихся» областей десятилетиями были включены в патерналистские структуры. Государственные администрации и хозяйственные дирекции фактически сохранились от УССР. Они плавно подхватили социальные обязательства в обмен на лояльность населения. Донбасс получил в независимой Украине своего рода «самоуправление» и определённые преференции. Особенно при президентстве Януковича. Благосостоянием эта жизнь не отличалась, но привычка создавала ощущение относительного благополучия.

Майдан свалил Януковича и провозгласил евроориентацию. Над привычным статус-кво консервативного региона нависла угроза. Красно-чёрная символика вообще воспринималась как объявление войны – бандеровцами здесь пугали целые поколения. Поэтому движение за «поход под Москву» нашло здесь отклик. Авось Путин – не Янукович, так быстро не опрокинется.

Конечно, такие настроения доминируют не везде. Скажем, в сельской – украиноязычной — Донетчине возниает противонаправленное движение: за присоединение к «коломойской» Днепропетровщине. Которая на фоне Донбасса смотрится мирной, стабильной, а главное – украинской. Всё громче звучат голоса в поддержку «самоотделения» Украины от промосковских регионов. Дескать, пусть люди, надеющиеся на отеческое управление Путина, поживут под властью державно-монархических «ревизоров социально-экономической сферы».

Вопрос о признании итогов референдума мировым сообществом практически не ставится. Трудно сказать, признает ли его хотя бы РФ. Вообще-то такие голосования не принято проводить в условиях гражданской войны (исключение – Веймарская Германия с её выборами 1919 года). Процедурную сторону не приходится обсуждать: голосование проводилось лишь там, где ситуацию контролировали «вооружённые активисты». Поступают свидетельства о грубых нарушениях. К примеру, украинские военные задержали неподалёку от Мариуполя двух жителей Донецкой области, перевозивших 10 тысяч бланков бюллетеней с заранее проставленным «Да». Наблюдателей не прислала даже Россия.

Но суть не в этом. Международное признание/непризнание не играет здесь существенной роли. Важно реальное соотношение сил на территории. Организационных, военных, экономических. Но оно даже теперь ещё не определилось до конца.

Павел Губарев – «народный губернатор» и командир «федералистского ополчения» (для лучшего понимания – предприниматель и бывший член РНЕ) — освобождённый недавно по обмену между Славянском и Киевом, обвинил украинского первоолигарха Рината Ахметова в попытках подкупить пророссийский актив и поставить его под контроль. Как раз вчера появилось заявление ведущих топ-менеджеров ахметовского холдинга «Метинвест». Текст был выдержан в явно антикиевском ключе: «Мы призываем отказаться от практики ведения в мирных городах Донбасса крупномасштабных боёв с применением Вооружённых Сил». Национальные блогеры высказали возмущение: «Владелец четверти украинского ВВП видит проблему не в террористических бандах, а в украинских войсках!» Сделана заявка и на создание частной армии «Метинвеста» — характерно, что именно патрули мариупольской «Азовстали» хоть как-то стабилизировали положение в городе.

Но в целом представления о всемогуществе Ахметова в Донецке смотрятся сейчас преувеличенными. Эффективно организованный удар снизу поставил его под большой вопрос. (Кстати, Коломойскому в Днепропетровске, в отличие от Ахметова в Донецке, удалось вписаться в местную «движуху».) «Имперская анархия», возглавленная решительной братвой и стимулированная профессионалами из-за границы, оказалась как минимум не слабее олигархического контроля. Важный урок для всех сторон конфликта. 

У партнёров