110 лет назад, осенью 1912 года, Александр Блок написал своё хрестоматийное: «Ночь, улица, фонарь, аптека, / Бессмысленный и тусклый свет…» Ну и так далее в том же духе. Получились тоскливые размышления о бессмысленности жизни. Их символизирует тусклый фонарь. А ещё он вызывает вопросы по поводу уличного освещения тогдашней российской столицы.

Долой чернуху, да здравствует эпоха освещения!   

Первые фонари появились на петербургских улицах в начале 1720-х годов по приказу Петра I. Они были деревянные, масляные, светили плохо, конопляное масло шипело в них и разбрызгивалось во все стороны, и всё же вечерняя и ночная жизнь на улицах города стала возможной.

После Петра фонари зажигать перестали – они разрушились или сгорели во время пожаров. Уличное освещение вернулось в город уже при Елизавете, расцвело пышным светом при Екатерине II, а в начале 19-го века в Петербурге было уже около семи тысяч фонарей.

Полтора века освещали город масляные фонари. Правда, гулять под ними нужно было осторожно: капли горячего масла иногда попадали на прохожих. «Далее, ради бога, далее от фонаря! Это счастье ещё, если отделаетесь тем, что он  зальёт щегольской сюртук ваш вонючим своим маслом…» – предупреждал Гоголь в повести «Невский проспект».

В 1839-м на Невском, Садовой, Миллионной, Гороховой, некоторых других центральных улицах и на Дворцовой площади появились ещё и газовые фонари. А в начале 1860-х на окраинах возникли скромные керосиновые.

Свет без огня, но всё включено

Невероятно светлое историческое событие произошло 11 сентября 1873 года – в Петербурге зажглись первые в мире уличные электрические фонари. Это случилось на Одесской улице рядом с лабораторией изобретателя лампы накаливания  Александра Лодыгина. «Вдруг из темноты мы попали на улицу с ярким освещением. В двух фонарях керосиновые лампы были заменены лампами накаливания, изливавшими яркий белый свет. Собравшиеся с восторгом и удивлением любовались этим светом без огня», – вспоминал один из очевидцев чуда, которое сотворил Лодыгин.

Однако только лишь десятилетие спустя, в декабре 1883 года, 32 фонаря впервые осветили электрическим светом Невский проспект – от Большой Морской до Фонтанки. Провода к ним тянулись от двух электростанций: одна располагалась на барже у Полицейского моста, вторая  – на Казанской площади. А первым мостом, освещённым электричеством, стал Литейный

«Вчера член управы М.А. Аничков обратился с предложением в Думу ходатайствовать перед градоначальником о том, чтобы Александровский сад и скверы Михайловский и Казанский  были все лето открыты до 11-ти часов ночи, причём комиссия по освещению находит возможным дать свет этим садам при самых ничтожных затратах. Полагаем, что ходатайство не встретит препятствий, хотя недоумеваем, зачем выбран Казанский сквер… Екатерининский и Румянцевский бесконечно лучше. Их бы осветить и предоставить публике!» – писал «Петербургский листок» № 76 в 1902 году.  Да и вообще проблема городского освещения волновала петербуржцев постоянно. Поэтов в том числе.

Где эта улица, где тот фонарь?

Вот, скажем, Александр Блок был явно недоволен тусклым освещением города в 1912 году, что и отразил в стихах про ночь, улицу, фонарь, аптеку. Тогда ещё не все фонари стали электрическими, оставались и газовые, и керосиновые, даже масляные. Кстати, у блоковского фонаря был реальный прототип, но где именно он находился – об этом споры не умолкают до сих пор. Есть две версии, и обе они связаны с самоубийствами.

В то время  в Питере наблюдался настоящий бум самоубийств. «Вчера, 19 февраля, в доме № 170 по Невскому просп., отравился каким-то ядом студент психо-неврологического института Анатолий Кузнецов, 24 года. Он оставил лаконичную записку: «Так жить нельзя»», – сообщал, например, «Петербургский листок» № 49 в 1912-м. Многие решившие свести счёты с жизнью бросались в воду. Однажды поздним осенним вечером Блок возвращался домой и увидел, что на парапете у Мойки повис матрос. Как потом выяснилось, он собирался утопиться  из-за женщины. Поэт стянул его с парапета и отвёл в ближайшую аптеку на Офицерской улице – напротив Мариинского театра, рядом с фонарём (сейчас это улица Декабристов, и на ней находится дом-музей Александра Блока).  Словом, спас поэт матроса, а вскоре после этого случая как раз и сочинил стихи про фонарь с аптекой. Причём включил их  в цикл «Пляски смерти».

А может быть, в этих стихах зашифрована Большая Зеленина. На этой улице тоже было подходящее фармацевтическое заведение с фонарём – рядом с мостом на Крестовский остров, который по ночам не охранялся городовыми и поэтому привлекал самоубийц. Тем, кого удавалось спасти, оказывали первую помощь в аптеке.

Светильники разума зажигают

В середине 1990-х воссоздали и установили на Одесской улице шесть исторических фонарей из прошлого. Потом к ним присоединилась скульптура фонарщика. Но старинных уличных светильников в Петербурге, конечно же,  гораздо больше. Они не только освещают город, но и украшают его, служат роскошным элементом декора, как фонари Клодта на Исаакиевской площади или чугунные уличные торшеры Карла Росси на Елагином острове…

Ну а современное световое искусство может похвастаться, к примеру, освещением Малой Морской. Фонари там – с опорами, сияющими встроенным синим светом. Эти светильники напоминают о морской стихии, которая заключена в названии улицы, и тем самым делают ее уникальной в темное время суток. Говорят, это такой нынче тренд – проектировать светом целые улицы. В общем, со времен Блока «бессмысленный и тусклый» ночной уличный свет стал гораздо ярче, а теперь стремится стать ещё и осмысленнее.

Светлана Яковлева, специально для «В кризис.ру»

У партнёров