Когда ноябрь вступает в последнюю декаду, в Петербурге вспоминают Галину Старовойтову. С того дня, как её не стало, близится четверть века. Другая страна, запрессованная диктатурой и войной. Другие люди, не раз уже повторившие: таких, как она, больше нет. И даже расследование убийства заведено в дебри, нужные тем, кто политически выиграл от её гибели. Но Галину Васильевну помнят. Знают, что бы она сказала, а главное, как бы поступила. Кто-то сможет и повторить.

Скорей всего, Галина Васильевна предвидела, как пойдут дальнейшие события. Это в немалой степени и стоило ей жизни. Собственно, она предупреждала. Как независимый депутат (применительно к нынешнему составу Госдумы такое выражение звучит ненаучной фантастикой), как сопредседатель Федеральной партии «Демократическая Россия». Как соучредитель «Мемориала», ныне объявленного «иностранным агентом»» и как раз сегодня подлежащего судебному рассмотрению уже в «экстремистском» разрезе. Предсказать вердикт нетрудно. Можно ли придумать более символичный аккорд двадцати трёх лет?

20 ноября, в день 23-й годовщины, несколько десятков человек собрались на вечер памяти в петербургском Интерьерном театре. «Очень важное событие отмечаем мы сегодня в стране, пребывающей в глубоком кризисе», – говорил главный режиссёр Николай Беляк. Он отметил, что собрание впервые проводится без Ольги Васильевны Старовойтовой. Сестра убитой женщины-депутата скончалась 4 октября.

На большом экране были показаны фрагменты из парламентских выступлений Галины Старовойтовой. Представлены фрагменты доклада на слушаниях законопроекта «О правовом статусе национальных, культурных, языковых  и этнорелигиозных меньшинств в Российской Федерации». Она ведь была не только политиком, но и профессором-этнографом. В кадрах видно, как постоянно обрывает её спикер, и даже депутат Рыжков относится к ней не слишком благожелательно. Но Галина Васильевна умела постоять  за себя.

Особое внимание присутствующих вызвало обращение к ныне покойному председателю Госдумы Геннадию Селезнёву – по поводу нападения на её депутатскую приёмную и приёмную Юлия Рыбакова. Нападавших «непонятых личностей» Галина Васильевна сочла националистами. Уточним со своей стороны, что было это в 1998 году. Политическая инфраструктура в России отличалась от нынешней. «Националистами» в то время называли, не нынешних активистовоппозиционеров, а сторонников имперской идеологии нынешнего режима. Будь прилепинские фрики или вполне себе парламентская ЛДПР – от которой, кстати, заседал тогда в Думе член комитета по геополитике Михаил Глущенко, осуждённый за организацию убийства Галины Васильевны.

Воспоминаниями о Галине Старовойтовой поделился её сын Платон (по телефону). Выступили режиссёр Светлана Кульчицкая, социолог Владимир Костюшев, депутат Заксобрания Борис Вишневский, директор Института региональной прессы Анна Шароградская. Побывавшая на последней Карабахской войне Светлана Кульчицкая рассказала, сколько сделала Старовойтова для Карабаха и Армении. Светлана Игоревна выразила сожаление, что Галина Васильевна не стала президентом России. Как известно, более миллиона подписей за её выдвижение в 1996 году собраны были.

Борис Вишневский отметил важность просветительской деятельности: «Её голос всегда был за бедных, за правду. Таких людей, как Галина Васильевна, сейчас очень не хватает. Я с ней иногда спорил, но ее позиция была абсолютно нравственной». Анна Шароградская рассказала о последней пресс-конференции Старовойтовой в ИРП. Руслан Линьков, попавший под те же пули в подъезде, напомнил обстоятельства убийства и его подготовки, рассказал о ходе расследования.

Эта тема вообще поднимается минимум ежегодно, и ноябрь 2021-го исключением не стал. Обычно просто пересказывается обнародованная позиция следствия. Но далеко не всегда и не всем тезисы о «неизвестном» заказчике и известном «организаторе» по имени Владимир Барсуков представляются достоверными.

Осуждены непосредственные исполнители злодеяния. Осуждён организатор Глущенко. Они отбывают сроки. Здесь справедливость, можно сказать, как-то восторжествовала. (Хотя в случае Глущенко не так всё однозначно – свою сделку со следствием он использовал в полной мере, но не факт, что для установления истины.) Но преступная цепь обрывается на вопросе: кто дал первотолчок преступлению и для чего отдавался приказ убийцам?

Убийство Галины Старовойтовой очевидно было политическим. Что-то скрывать тут бессмысленно. Всё до гротеска явно. Тот же Глущенко состоял во фракции, которой Старовойтова непримиримо противостояла все свои думские годы. И даже логично, что политика влияет на расследование. Владимир Барсуков, что ни говори, был из тех, к кому власть предержащие – от официальных до криминальных, от силовых до экономических – имели жёсткие претензии. Хотя бы за чрезмерную самостоятельность, за регулярный игнор.

И как-то странно подворачивается очередное обвинение – тому, кого в любом случае решили осудить и заклеймить. Очень уж точно в десятку, очень уж чётко ко времени. Не говоря о том, что любое обвинение, если оно основано только на показаниях Глущенко, обязательно заставит сомневаться.

Галину Старовойтову убивали за дела и убеждения. Устраняли политика, способного сильно препятствовать тому, что насадилось сегодня. Лучшее исполнение долга памяти – знать, за что она погибла, стоять на этих принципах. Таких людей больше нет. Но есть другие. Кто помнит.

Семён Харабак, специально для «В кризис.ру»

Общество

У партнёров