Внешнеполитические дела РФ всецело завладели вниманием читающей и смотрящей публики. Происходящее прямо под боком, в родной стране, не особо уже замечается. Мало кто, например, обратил внимание на новый государственный акт Путина. На днях президент РФ подписал указ о создании в министерстве внутренних дел новой, доселе никогда не существовавшей структуры ― Главного управления оперативного реагирования (ГУОР). После чего сравнил себя с Петром I и пообещал, что через десять лет в его государстве станет можно жить.

Сообщила об учреждении ГУОР ― как-то между делом ― генерал-майор Ирина Волк из пресс-службы МВД. По её словам (других-то нет, ибо больше никто на эту тему официально не высказался), сотрудники этого ГУОР «будут ориентированы на участие органов и организаций системы МВД в мероприятиях по обеспечению правовых режимов военного положения, чрезвычайного положения, контртеррористической операции».

Функции вроде бы определены. Охрана закрытых административно-территориальных образований, мобилизационная подготовка личного состава, мероприятия по гражданской обороне, обеспечения правопорядка на режимных объектах. Раньше со всем этим как-то справлялись без отдельного департамента. Но положим, неудержимо расширяться, если тому не препятствуют – свойство любой бюрократии. К примеру, польские коммунисты из МВД ПНР сколачивали отдельные опергруппы по лесозаготовке, отдельные по деревообработке, не забывая разделить транспортный отдел на железнодорожную, автомобильную, водную и воздушную секции. В сельскохозяйственном департаменте выделили структуру «свиноразведки». Зато в промышленном соединили телефоны с банками.

Служебные манипуляции с увлекательными перемещениями – это там святое. Но какие-то специальные основания должны, наверное, быть. Чтобы понять, придётся всмотреться в происходящее по стране. В некоторых конкретных разрезах.

С начала «спецоперации», сразу же после жёсткого и молниеносного подавления массовых протестов (16145 задержаний), началось так называемое «тихое» сопротивление. Выступления одиночек. С разными интересными инициативами. Замены ценников, креативные лозунги в одиночных пикетах, листовки мирного, то есть «преступно» антигосударственного, содержания. Это движение оказалось не менее массовым, нежели уличное.

По данным иноагентских СМИ, с 24 февраля в 82 регионах РФ составлено более двух тысяч протоколов о «дискредитации» вооружённых сил. Больше всего в Москве, Петербурге, Пермском и Краснодарском краях, Нижегородской, Калининградской и Томской областях и в Крыму. Ни одного в Чечне, Тыве и на Колыме, то есть в Магаданской области.

Большинство из них (2365) ― пока что ― по административной статье 20.3.3 КоАП. Если же в течение года «нарушитель» повторит свои действия, следующей для него станет уголовная статья 280.3 УК РФ. Но и при первой попытке можно нарваться на уголовку. Для этого существует новая статья 207.3 УК РФ. Появилась в марте ― возбуждено уже 163 уголовных дела.

Первыми фигурантами «фейкового закона» стали полицейские пенсионеры.

16 марта в Томске обыскали квартиру отставного подполковника полиции Виктора Лаврентьева. Бывший полицейский Лаврентьев стал политическим активистом в начале 2010-х. Он организовывал митинги против фальсификации выборов и в поддержку местного независимого телеканала. Сейчас его обвиняют в публикации сетевых постов. Он и не отказывается, но уверен, что никакого закона не нарушал. Пишет-то не «фейки», а правду. Изъята техника, взята подписка о невыезде и неразглашении.

Тогда же, 16 марта, в Москве задержан бывший столичный полицейский Сергей Клоков. У него и у его матери прошли обыски. Через несколько дней Краснопресненский суд Москвы отправил Клокова в СИЗО по обвинению в «распространении “фейков”». При том, что страниц в соцсетях у него нет. Зато есть записи телефонных разговоров с друзьями и коллегами. Скоро, скоро станет небезопасно и на кухне у себя правду молвить.

В тот же день опять в Томске к правозащитнице Марии Новиковой (63 года) из закрытого города Северска тоже пришли с обыском. Закрытый суд обязал Новикову не покидать Северск и не пользоваться интернетом. Мария Новикова ― действующий адвокат, кроме того ведёт телеграм-канал «Правда города Северска». Публиковала всё, что считала необходимым сообщить о событиях в Украине. А также своё мнение о деяниях Путина. Сейчас ей грозит до трёх лет тюрьмы за «фейки».

18 марта во время урока в Пензенском училище Олимпийского резерва ученица поинтересовалась у учительницы Ирины Ген: почему спортсменам РФ запрещено участвовать в чемпионате по плаванию. Ген объяснила и осудила «спецоперацию». Ученики добросовестно записали разъяснения. Вскоре эта запись была опубликована. Через несколько дней учительницу с двадцатилетним стажем увезли в автозаке с урока. Обвинение ― часть 2 статьи 207.3.

21 марта в Прокопьевске обыскали журналиста Андрея Новашова. Изъята техника, запрещено пользоваться телефоном и Интернетом, посещать публичные мероприятия. 12 апреля возбуждено уголовное дело. Новашова обвиняют в сравнении РФ с гитлеровской Германией. Плюс перепостирование статьи о Мариуполе. Ранее Новашов писал о пытках в российских колониях. Теперь из-за ограничений он лишился работы.

Утром 25 марта снова обыск. Теперь в Новосибирске. Пришли к члену независимого профсоюза «Альянс учителей» Ирине Толмачёвой. В 2019-м её уволили из школы за требование повысить зарплату педагогам. В настоящее время она ведёт частную психологическую практику. Изъята вся техника, взята подписала о невыезде и неразглашении. Пока вменяется часть 1 всё той же статьи 207.3. За рассуждения о последствиях украинской «спецоперации». Типа, слишком много думаешь. Что не приветствуется.

11 апреля в Петербурге задержана, а потом по решению суда отправлена в СИЗО художница Александра Скочиленко. 31 марта она заменяла ценники в магазине «Перекрёсток». Бдительная покупательница донесла. Сейчас Скочиленко отправлена на психическую экспертизу. Грозит до 10 лет тюрьмы или принудительное лечение.

А 14 апреля в Кирове взяли сразу целую семью. Ричарда и Марию Роуз схватили прямо на улице. На следующий день Ричарда отправили в СИЗО, Марию под домашний арест. Повод ― публикация в соцсети ролика об украинской Буче. Пункт «д» части 2 статьи 207.3 УК РФ. По словам Ричарда, в отделении ФСБ угрожали избить его жену. Сейчас Мария с шестилетним сыном осталась без средств к существованию. Угрожают лишением родительских прав.

23 апреля в Петербурге задержана корреспондентка RusNews из Барнаула Мария Пономаренко. Она также администрировала телеграм-канал «Цензуры нет», где была размещена «фейковая» информация. Задержание проводила следственная группа из Алтайского края. 23 мая Пономаренко этапировали из питерского СИЗО в Барнаул. У неё две несовершеннолетних дочери.

26 апреля задержан депутат Мосгордумы от Красносельского округа Алексей Горинов. За полтора месяца до того на депутатском заседании он предложил почтить память погибших украинцев минутой молчания. Заседание транслировалось на YouTube ― «публичное распространение фейков с использованием должностных полномочий» (пункты «а», «б» и «д» части 2 статьи 207.3 УК РФ). Такое же обвинение предъявлено главе округа Елене Котёночкиной. Якобы вступившей в «преступный сговор» с Гориновым. Но на момент возбуждения уголовного дела Котёночкина уже находилась вне досягаемости юстиции РФ. Поэтому каратели ограничились обыском в здании Совета депутатов Красносельского округа. Выломаны двери, изъята техника. 1 июня суд продлил арест Горинова на полгода.

28 апреля у дверей МГУ задержан студент Дмитрий Иванов, автор телеграм-канала «Протестный МГУ» (10 тысяч подписчиков). С этого времени он находится в СИЗО. Сначала по обвинению по части 8 статьи 20.2 КоАП. Со 2 июня ― по пункту «д» части 2 статьи 207 УК РФ. Основание ― размещение на телеграм-канале постов с осуждением «спецоперации».

5 мая арестована Ольга Смирнова из петербургского движения «Мирное сопротивление». Ей предъявлены обвинения по пунктам «б» и «д» части 2 статьи 207.3. Размещала материалы на странице «ВКонтакте». Позавчера суд отказал ей в апелляции ― она просила заменить заключение в СИЗО на домашний арест.

6 мая задержана ещё одна петербурженка, Виктория Петрова. Тоже по делу о «фейках». Арестована до 30 июня, отправлена в СИЗО.

11 мая Выборгский районный суд Петербурга заключил под стражу Бориса Романова. Члена Мониторинговой группы при Правозащитном совете Санкт-Петербурга. Утром 29 марта Романов «по мотивам политической ненависти» снял видео с собрания муниципальных депутатов. На нём он говорил о ситуации в Украине. Потом выложил видео в «ВК». Вечером к нему пришла полиция. Сейчас Романов в «Крестах».

18 мая в Смоленске суд отправил под стражу предпринимателя Владимира Завьялова (часть 2 статьи 207.3). До этого две недели он находился под домашним арестом. 4 мая Завьялов заменил ценники в супермаркете на листовки о событиях в Украине.  Прежде никогда не принимал участия в политической деятельности. Занимался грузоперевозками. На доходы от этого бизнеса содержал родителей, жену и двух несовершеннолетних детей.

Блогеры Александр Ноздринов из Новосибирска и Дмитрий Бубенко из Новокубанска. Гражданский активист из Кузбасса Булат Шумеков и предприниматель Владимир Латыпов из Кемерово. Андрей Тарапов из Алушты и Виталий Мишин из Таганрога. Елена Тардасова-Юн из Новосибирска и Диана Нефёдова из Челябинска. Депутат омского горсовета Дмитрий Петренко и политический активист Игорь Барышников из Советска. Заурбек Жамбеков из Нальчика и Пётр Боровинских из Копейска. Филолог Раиса Болдова из Стерлитамака и турагент Хиральдо Сарай Альберто Энрике из Колумбии… Это лишь малая часть списка «новых уголовных». Про некоторых известно только место жительства. А некоторых даже и имена не оглашены.

Работа проделана большая. Но недостаточная. Сколько ещё этаких «тихих» сопротивленцев ходит по земле РФ. А сколько ещё «фейков» можно обнаружить на просторах Интернета! Так что не зря ГУОР будет получать свой хлеб. («Дополнительного финансирования не потребует», – торопливо заверяет генерал Волк.)

Каждый день на улицах российских городов и сёл появляются надписи и листовки. Ужесточается их содержание – то «Нет войне!», а то уже «Война ворам и мокрушникам!» В супермаркетах и лабазах меняются ценники. Но и это далеко не всё. За отчётный период, то есть с конца февраля, загорались восемнадцать военкоматов.

Первый запылал уже 28 февраля в подмосковном городке Луховиц. Задержан молодой человек, кинувший в окно военкомата несколько «молотовых». Да ещё и оставил на воротах «провокационную надпись о спецоперации».

3 марта неизвестный разбил «банку с легковоспламеняющейся жидкостью» у двери военкомата в Воронеже. Информации о задержании нет. Хотя, как сообщается, он даже попал на камеру.

5 марта поджог военкомата в городе Берёзовский Свердловской области устроил консультант магазина электроники. Возбуждено дело о покушении на убийство. Поджигателю грозит до 15 лет лишения свободы.

Ночью 19 марта в Шуе Ивановской области в окно местного военкомата полетел «молотов». Задержанный был пьян, но, как сообщается, «детально продумал план побега». Это, впрочем, не помогло. Ему грозит пожизненное заключение как террористу. Шуя же вообще отличается протестной активностью. На стенах домов, магазинов и даже на здании местной администрации регулярно появляются антиспецоперационные надписи и лозунги. Расклейщиков ищут полиция и ФСБ, но без толку.

18 апреля в мордовском посёлке Зубова Поляна военкомат подожгли неизвестные. Сгорело несколько компьютеров с данными призывников.  Видеокамер в сельском военкомате не было, а сторож проснулся, когда полыхал уже второй этаж. Дело возбуждено, но поджигатели не найдены.

4 мая в Нижневартовске в военкомат влетели семь «молотовых». Нападавших было двое. Видеокамеры работали, поэтому их нашли. Возбуждено уголовное дело о хулиганстве и умышленной порче имущества.

9 мая в Череповце военкомат забросали «молотовыми» и даже сняли об этом видео. Пострадал также соседний Росреестр. Поджигателей нашли ― два несовершеннолетних подростка выполняли некий заказ. За 30 тысяч рублей. Их имена ― видимо по причине несовершеннолетия ― не оглашают.

В тот же праздничный день загорелся военкомат в подмосковной Балашихе. В него полетело не менее шести «молотовых». В бой с огнём вступил охранник. Поджигатели не найдены.

13 мая в ростовском городе Гуково военкомат, где введено усиленное дежурство, всё равно подожгли. Тушить пожар пришлось самим сотрудникам. Поджигателей до сих пор ищут.

В тот же день в Омске подпалили военкомат Центрального округа. Местная пресс-служба МВД отказалась от комментариев. Сведений о том, что поджигатели найдены, нет.

14 мая в Пронске Рязанской области попытка поджога успехом не увенчалась. Слегка опалена дверь и одна оконная рама. Уголовное дело об умышленном уничтожении имущества возбуждено, поджигатели не найдены.

15 мая в Волгограде загорелся цокольный этаж военкомата. Поджигателя задержали. Им оказался Денис Сердюк. Центральный районный суд Волгограда отправил его в СИЗО по обвинению в хулиганстве и умышленном уничтожении казённого имущества. Сердюк пробудет в СИЗО до 15 июля.

17 мая в Щёлковском военкомате Подмосковья разбиты окна. В них влетели два «молотова». Арестован Тимофей Мокий. По мнению следствия, он может быть причастен также к поджогу военкомата в Балашихе 9 мая.

21 мая «молотов» по военкомату полетел в удмуртском посёлке Игра. Помещение резерва выгорело полностью. Через несколько дней запылал второй военкомат. Сгорели служебная документация и картотека ветеранов. В обоих поджогах обвиняется художник и бывший директор деревенского дома культуры в Тверской области Илья Фарбер.

31 мая неизвестный разбил окно военкомата в Ясногорске и бросил бутыль «молотова». Пожар был быстро потушен, а поджигатель, предположительно, найден. Но имя не сообщается.

Особым стал московский случай 2 мая. Философ Виталий Кольцов, отец троих детей, бросил «коктейль Молотова» в автозак Росгвардии. Особого вреда машине не причинено. Но в автозаке, как выяснилось, находился один росгвардеец. Обвинение не только в порче имущества, но и в покушении на жизнь сотрудника Росгвардии. Прошёл месяц, и снова Росгвардия – Комсомольске-на Амуре устроил пожар в отделении безработный Владимир Золотарёв. Уже не военкоматы.

Из сообщения Волк нельзя в полной мере уяснить, в чём специфика задач ГУОР и почему именно теперь они стали актуальны. Но особенности создаваемой структуры всё же обозначены. Во-первых, вдумчивое изучение доносов: «Организация приёма и регистрации заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях, происшествиях и реагирование на них», ― вот так изящно это теперь называется.

А во-вторых, наверное, главное: «Сотрудники ГУОР будут ориентированы на участие органов и организаций системы МВД в мероприятиях по обеспечению правовых режимов военного положения, чрезвычайного положения, контртеррористической операции в случае их введения на территории РФ или в отдельных ее местностях». Тут-то суть нововведения полностью проясняется. «В случае», значит. Кто бы мог подумать. Короче, готовь сани летом. Как поступал в СССР генерал армии Щёлоков. За пятнадцать лет прозревал, пробивая усиление ещё того МВД. Не помогло, однако.

Анна Мышкина, «В кризис.ру»

Общество

У партнёров