Вспоминая ушедший год, невольно хочется перефразировать булгаковское и сказать: «Велик был год и страшен год по Рождестве Христовом 2022-й». Велик потому, что с 1945-го в Европе ничего подобного по масштабам не случалось. Происходящее определит исторические судьбы на поколения вперёд. А страшен – потому, что даже кровавые югославские войны кажутся дворовыми стычками рядом со «спецвоеноперацией». Отдельный вопрос, чем эта грандиозность обернётся для России. Она уже разворачивается вовнутрь.

Говоря кратко, Кремлю не удалось достичь ни военных, ни геополитических целей «СВО». Войска РФ в Украине были встречены не цветами, а оружием. Украинская армия сопротивляется уже одиннадцатый месяц. Из северных и северо-восточных районов Украины пришлось отступить. Единственный занятый областной центр Херсон оставлен после многомесячных тяжёлых боёв. Фразой года стали слова министра Шойгу, адресованные генералу Суровикину: «Приступайте к отводу войск».

В таком случае, не проще ли было с самого начала… впрочем, оставим это. Сделанное сделано, и события развиваются уже своим ходом.

Не удалось полностью занять Донбасс, за исключением Луганской области (не всей). Попытки установить контроль над западной частью Донецкой области вылились в позиционные бои под Бахмутом и Соледаром. Едва ли не главным методом стали ракетные обстрелы, регулярно обрушиваемые на жилые кварталы украинских городов. Военный эффект… сомнителен, политический очевиден. Отнюдь не в пользу Кремля.

Первоначальные заявки на «денацификацию и демилитаризацию» – оба термина применительно к ситуации давно превратились в комические мемы – уже почти не вспоминаются. Послереволюционная политическая система Украины доказала прочность. Владимир Зеленский превратился в общенационального лидера и общемирового авторитета.

В геополитическом плане дела обстоят не лучше. Политику Москвы в отношении Украины поддержали только КНДР, Сирия, Эритрея и Никарагуа; даже режим Лукашенко маневрирует и по возможности уклоняется. Основными экономическими партнёрами России стали Китай, Турция, Индия. Эти страны, пользуясь трудностями российской экономики от западных санкций, покупают российское сырьё по низким ценам и осваивают опустевший российский рынок. Но политической поддержки Москве не оказывают. Чаще наоборот. Си Цзиньпин и Нарендра Моди недвусмысленно выражают недовольство. Реджеп Эрдоган помогает скорее Киеву. Некоторое исключение составляет иранская теократия – но она сама перманентно на краю, под ударами массовых протестов.

Незадолго до 24 февраля Кремль ультимативно требовал от НАТО «убраться к границам 1997 года». Итог: НАТО расширяется как никогда, в альянс вступают традиционно нейтральные Швеция и Финляндия. Экономика Европы, вопреки не только российским, но и многим западным прогнозам, без российских энергоносителей не рухнула. Заводы не закрылись, квартиры на заморозились. Цены на газ упали до довоенного уровня. Доля России в энергоснабжении Европы снизилась до минимума, а в энергоснабжении Германии, крупнейшего потребителя, упала до нуля. Европейские протесты против роста цен оказались слабыми, выступления пророссийских политиков и общественников – незначительными. Зато США сказочно обогащаются, превратившись в крупнейшего в мире поставщика СПГ.

В первые дни «СВО» западные правительства были уверены в скорой победе РФ и уклонялись от помощи Украине. Поставки ограничивалась лёгкими противотанковыми комплексами и ПЗРК «Стингер» – оружием партизанской войны, проверенным афганскими моджахедами. Сила украинского сопротивления ошарашила Запад не слабее, чем Москву. Летом украинские силы начали получать современные гаубицы, включая самоходные, и РСЗО. Последние, в первую очередь M142 HIMARS, неожиданно сумели изменить ситуацию: они оказались не только высокоэффективными, но и трудноуловимыми. А в Новый год у Киева появилась уверенность в скорых поставках натовских танков. Как провозвестники танков на фронте в Украину поехали первые западные БМП – американские «Брэдли» и немецкие «Мардеры». Страны НАТО неуклонно увеличивают военно-техническую, экономическую и финансовую поддержку Украины.

Короче, половина зимы позади. Ожидаемый кремлёвским агитпропом коллапс, будь то энергетический, инфляционный, протестный, да хоть мистический, поразить Европу явно уже не успеет. Америка же, превратившиеся в мирового газоэкспортёра номер один, вообще в шоколаде. На таком фоне в Киеве убеждены: поддержка усилится. Попытки ракетного разрушения украинской энергетической инфраструктуры только накаляют ненависть. Разрушенное довольно быстро восстанавливается, из Европы идут поставки не только трансформаторов и генераторов, но и непосредственно электроэнергии.

Остаётся последний «кремлёвский ферзь» – ядерное оружие. Но он слишком опасен для самого «кремлёвского короля», ибо без ответа никак не останется. Запад выставит такую орду собственных «ферзей», что на доске не уместится. Лучше уж не нарываться, продолжая искать по сусекам трёхлинейки и пулемёты «Максим».

Но есть и иная сторона. Финансово-экономическая система России устояла, несмотря на санкции. Пресловутые «системные либералы» во главе Минфина и Центробанка оказались на своих постах куда эффективней генералитета. Протестные настроения проявились гораздо слабее, нежели наивно ожидали многие ангажированные эксперты. Жёсткие полицейские меры почти свели их на нет. С давно «раскатанной» российской оппозицией властям много проще иметь дело, чем с ЗСУ и Теробороной.

Подавляющее большинство интеллектуальных и моральных авторитетов оппозиции перебрались в эмиграцию. И с похвальной откровенностью расписываются в бессилии. Самый распространённый совет единомышленникам – не рисковать, хранить самих себя, ожидая перемен от естественного хода исторических событий. Такие призывы вполне приемлемы для властей, совпадают с интересами кремлёвского комфорта. Минимальную опасность для режима представляют только группировки, ориентированные на силовые методы, вплоть до криминально-террористических. Но против политизированного «АУЕ» или «М.КУ», запрещённых за экстремизм, действуют профессионалы сыска.

На этом фоне сотни тысяч молодых россиян, не желая быть мобилизованными, махнули рукой и покинули страну. Стимулируя экономический рост в Грузии, Армении, Турции, Казахстане, Монголии. Но опять-таки, хай-тек в России не рухнул, компьютеры не отключились.

Однако экономические итоги 2022-го и перспективы на 2023-й тоже выглядят, мягко говоря, не слишком обнадёживающими. Авторынок – бесспорный индикатор состояния экономики – упал в 2022-м на 59% (это по официальным данным). В году наступившем прогнозируется падение ещё на 40%. «Боинги», «Эрбасы» и даже отечественные «Суперджеты» разбираются на запчасти. Почему так происходит с американскими и европейскими самолётами, понятно. А вот почему с российскими – это вопрос к отечественному авиапрому. К нему вообще вопросов много: так, СМИ радостно сообщают, что в лётные отряды поступили первые самолёты ТВС-2МС, которые наконец-то заменят доисторические «кукурузники» Ан-2. Начать производство этого чуда техники позволила не имеющая аналогов в мире идея: просто копировать Ан-2, но присобачить вместо родного американского мотора (1931 года рождения) новый. В результате авиапром просто вернулся в 1947-й. Сопоставим с заокеанскими новостями. Одновременно с победными реляциями о начале производства нового-старого «кукурузника» американцы сообщили об испытаниях первого в мире самолёта 6-го поколения – бомбардировщика B-21 Raider, которому не страшны никакие ПВО и ПРО.

В других отраслях промышленности всё похоже на авиапром. Пермский машиностроительный завод имени Октябрьской революции возобновляет выпуск велосипедов «Кама» 1975 года. В дополнение к Ан-2 они сильно порадуют блюстителей отечественных традиций. Как и новые (старые) КАМАЗы, которые, по сообщениям завода, будут копиями самой первой серии 1976-го. Если, конечно, найдут на свалках станки, на которых производились узлы и агрегаты без малого полвека назад.

О социальной сфере года ушедшего, как и наступившего, сказать, в общем, нечего. В депрессивных регионах хуже не стало – ибо некуда. Интересно только, как государство собирается (и собирается ли) что-либо в социалке менять на фоне «СВО». Пока что планы сводятся к выплатам за убитых в Украине. В малых городах и посёлках появляется обеспеченная социальная группа – солдатские вдовы. Которые, по мнению экспертов (если не назвать их другим словом), будут вкладывать средства в малый бизнес, обеспечивая экономическое возрождение своих Забитуев, Пропойсков и станций Дно. Что это будут за стартапы, можно только предположить. А о роли государства в развитии социалки лучше всего свидетельствует прорывная идея председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко – оснастить все сельские клубы баянами и гармониками за счет госбюджета. Шедеврально для XXI века. И для ядерно-космической державы.

Экономические процессы развиваются с задержкой, зато политическая жизнь меняется стремительно. Вместо сошедших в тираж партий, возникло нечто не имеющее названия, но очень даже ощутимое. Дело, конечно, не в кровожадной клоунаде «экс-Медведева», по прочтению которой среднестатистический гражданин склонен позвонить в институт Сербского. Но очевидна консолидация и структурирование тоталитарно-имперских сил, которые действительно не боятся крови. Можно называть этот феномен «новой опричниной» или «неосталинизмом», можно «русским миром» или «криминальным фашизмом». Можно просто пригожинщиной или ЧВК «Вагнер». Суть проста: кувалда на страже номенклатуры.

Выдающийся историк-исследователь консерватизма и нацизма Александр Галкин предупреждал много лет назад: «Возникает беспринципный конгломерат идей и взглядов, подобранных по принципу наибольшей результативности. Аккумулируется всё самое низменное, все идейные отходы тысячелетий. Правящие классы, морщась от гадливости, разбавляют свою “аристократическую” систему ценностей идеологической мутью и дикостью. На этот путь они становятся лишь при крайних ситуациях. Следует, однако, иметь в виду, что в наше время такие ситуации возникают достаточно часто». К этому нечего добавить, кроме одного: вот, на наших глазах такая ситуация возникла в очередной раз. Номенклатурная олигархия рекрутирует беспредельщиков.

Надо, однако, заметить: похоже, хозяева сами уже испугались, какого выпускают джинна. Во всяком случае, понижение генерала Суровикина, назначение генерала Герасимова, проверка Пригожина на наёмничество и разжигание ненависти в одном из райотделов полиции Петербурга – всё это может оказаться признаками серьёзного окорачивания. (Но и здесь корень прозаичен – военные неудачи «вагнеровцев» под Бахмутом, долгое топтание у Соледара.) И есть ещё одна проблема – чиновная аристократия РФ уже сама заразилась идеологией человеконенавистнического мракобесия.

Вопросы, вопросы… Каким будет наступивший год – уравнение со слишком большим количеством неизвестных. А известные таковы: Украина не сдаётся и не сдастся. Запад, при всей его нерешительности, трусости одних политиков и алчности других, продолжает Украине помогать. Социальная ситуация в России дестабилизирована призраком новых мобилизаций. Даже если удастся чем-то вооружить и как-то обучить сотни тысяч мобилизованных, использовать их можно только в качестве «людских волн». Как Сталин подо Ржевом, китайское командование в Корейской войне, иранские друзья Кремля в войне с Ираком. Или как теперь в Соледаре. Ну, превратится вся линия соприкосновения в сплошной Соледар – и каков будет результат?

Но не видно и перспектив завершения Обезглавленное и обездвиженное общество молчит. Новые пополнения беззвучно двигаются к Соледару, Кременной, Угледару и Марьинке. Возникает ощущение чего-то нескончаемого – но такими же казались и советская власть, и крепостное право. Снова вспоминается Булгаков – продолжение мысли о великом и страшном годе. Если адаптировать текст Михаила Афанасьевича к современности, он будет выглядеть примерно так: «Велик был год и страшен год по рождестве Христовом 2022-й. Но год 2023-й был его страшней».

Не забываем, однако: ничто не вечно под Луной. Оттого и загадочен наступивший 2023 год.

Сергей Самогудов, специально для «В кризис.ру»

У партнёров