• 10 февраля 2009 Рынок труда

    64 человека на место уже сегодня. А завтра?

Но эксперты заверяют: худшее еще впереди. Пик кризиса на рынке труда придется на начало весны. На вопросы редакции «В кризис.ру» отвечает директор кадрового агентства «Охота» Александр Перцовский.

— Какие технологии сейчас используют работодатели, чтобы сокращать штаты без проблем для себя?

— Сейчас действительно появляется очень много ноу-хау-схем по увольнению сотрудников. Например, создается очень много левых аутсорсинговых компаний. Людей просто переводят в эти компании, и потом получается, что не Кировский завод, например, сокращает персонал, а какая-нибудь левая компания «Рога и копыта». Таким образом, компании пытаются сберечь свою репутацию, избегают проблем с трудовыми инспекциями.

— А какие общие тенденции вы сегодня наблюдаете на рынке труда?

— Во-первых, такие страшненькие циферки. На одном из ведущих рекрутинговых ресурсов нашей великой Родины headhunter.ru сейчас 2 миллиона 800 тысяч резюме и где-то 40 000 вакансий. Пропорция, если высчитать, получается просто сумасшедшая: 64 человека на одно рабочее место.

Мы проводили мониторинг сайтов с сентября 2008 года. Картина следующая: в сентябре в Петербурге за сутки публиковалось где-то полторы тысячи вакансий с заработной платой от 40 000 рублей. В ноябре эта цифра сократилась до 800, а в январе, когда компании традиционно набирают новый персонал, этих вакансий стало 200. То есть количество таких вот престижных вакансий сократилось в 7 раз.

— Есть мнение, что уже очень скоро люди будут согласны на любую работу, лишь бы только платили какие-то деньги, потому что им нужно кормить семью, кормить детей, платить по кредитам. Как вы думаете, когда это произойдет?

— Я думаю, что до марта люди будут упорствовать, высоко оценивая свой труд и свои профессиональные качества. То есть до марта нынешняя ситуация сохранится. Средний управленец, который раньше стоил от 150 до 200 тысяч рублей, сейчас стоит 100-120 тысяч. Средний менеджер раньше стоил от 100 тысяч, сейчас предложения – в основном 40-50 тысяч рублей. Причем окладная часть может быть и до 35 тысяч. Это тенденция. Но пока люди еще могут найти себе такую работу, так что ситуация будет сохраняться.

Еще одна тенденция – увеличение количества скрытых вакансий, то есть тех, которые не публикуются. Их число значительно возросло. Собственники и акционеры сейчас недовольны своим менеджментом. Достаточно много компаний обращаются к рекрутерам, они ищут профессионалов за нормальные деньги — ну, может, на 30% дешевле, чем это было бы раньше. Но тенденция смены топов и потребность смены топов остается, и она будет нарастать. Компании ищут людей, которые готовы работать в сложных условиях, которые готовы заниматься антикризисным управлением. 1-й квартал 2009 года – это поиск менеджеров по продажам, которые готовы сделать чудо. Но, к сожалению, мы понимаем, что чудес не бывает, и я думаю, что скоро и этот спрос схлопнется. Основная точка кризиса – март.

— Как много людей заставляют увольнять по собственному желанию? И как много увольнений производится в соответствии с Трудовым кодексом?

— Я думаю, что давление по написанию заявления по собственному желанию происходит во всех случаях. При этом в соответствии с законодательством сокращение производится менее чем в 50% случаев.

К примеру, есть достаточно известная компания «Итака», это крупнейшее риелторское агентство. Ко мне за консультацией обратилась женщина. Ее оттуда уволили, практически заставив написать заявление по собственному желанию. Она это сделала. Далее позвонила мне и сказала, что ей не выдают зарплату – а зарплата должна быть выдана в день увольнения. Это не было сделано. После трех дней мы обратились в трудовую инспекцию. Там нам порекомендовали сделать ряд процедур. Через некоторое время выяснилось, что зарплату этой женщине так и не выплатили. А с ноября несанкционированно перевели ее на более низкий оклад, так и не предупредив об этом. Вот такая вот достаточно типичная история.

Или другой пример интересный. В конце декабря произошла одна довольно парадоксальная ситуация. Сталелитейный завод, который еще в 1998 году себя плохо чувствовал. В итоге там остался только один цех рабочий. В последнюю неделю декабря работников этого цеха просто не пустили на рабочие места, они не смогли забрать свою одежду, свои личные вещи. Все деньги им заплатили, заплатили даже компенсацию, но не пустили на рабочие места, чтобы не было случаев мародерства. Там же много всего можно было утащить, инструменты какие-то, поломать могли что-нибудь.

Судя по увеличению обращений работодателей, мы понимаем, что в январе все оказались с прибылью. Они уволили сотрудников, ужали расходы и в январе с удивлением констатировали, что у них все вроде бы хорошо. А потом выяснилось, что объем продаж не повышается: как никто ничего не покупал, так и не покупает. И возникает непонятная ситуация, пат со всех сторон.

У партнёров