Нефть падает. Доллар растёт. Путин собирается отбыть ещё срок, который почему-то называют «третьим». Так начался первый рабочий день после долгих выходных. Вполне соответствующих «долгому государству Путина». Причём абсолютно во всём. И в забавах с саудитами ― нашли с кем тягаться. И с «отказом» от предложения Терешковой об обнулении президентских сроков ― не ей упражняться в юридической казуистике. Путин тоже самое умеет куда изящнее. А время не ждёт.

Итак, нефть к понедельнику опустилась до $31. А эти доллары поднялись в РФ до 75 рублей. Понятно, что долго так не продолжится, однако рассчитывать на значительное улучшение не приходится. Ввязываясь в войну ― даже экономическую ― не стоит надеяться, что закончить её можно по собственному желанию, как начали.

Министр энергетики РФ Александр Новак, эту войну объявлявший, называет ситуацию «в пределах прогноза». То есть можно предположить, что устраивая скандал с выходом из ОПЕК+, правительство РФ на такие взлёты и падения вроде бы и рассчитывало. Некоторые аналитики так даже и думают. Дабы хитроумно обанкротить ЛУКОЙЛ, единственного негосударственного конкурента «Роснефти». Скупить его акции и на этом новом активе протянуть ещё какое-то время. А потом сдать тем же саудитам на саудовских же условиях.

Короче, типовая схема. В СССР (от которого решили вести конституционное преемство) такое называли «бизнесом по-русски». Украсть водку, вылить её, бутылки сдать, купить водки… Но тогда любопытно бы понять: в «Роснефти» считали, что обанкротится только «Лукойл», а сами не пострадают? Могли. Вполне на аналитическом уровне нынешнего Михаила Леонтьева. Однако вышло несколько иначе. По данным на сегодня, капитализация «Роснефти» сократилась почти на триллион (983 млрд) рублей. Максимальные из всех потери. «Газпром» подешевел на 757 млрд рублей. ЛУКОЙЛ, конечно, тоже не избежал ― на 580 млрд.

После двадцати лет путинского хозяйствования в России ещё остались некоторые отрасли, кроме нефтегазовой. Не самые передовые, но всё же работающие и даже приносящие прибыль в казну. Они пострадали не менее: акции «Норникеля» рухнули на 10,8%, Evraz ― на 13,6%, НЛМК ― на 14,5%, Сбербанка ― на  18%, ВТБ ― на 12%, «Магнита» ― на 16,7%, X5 Retail Group ― на 17,6%.

Можно посчитать и это издержками операции по банкротству ЛУКОЙЛа, но не слишком ли высока цена? По подсчётам Леонида Федуна ― видимо, оптимистичным ― потери РФ от высокополезной деятельности Новака составят $100―150 млн в день, более $50 млрд за год. А нарастить производство нефти российские компании при всём старании и напряжении сил смогут лишь на 2―3%.  Что касается Саудовской Аравии, то с апреля добыча на её нефтяных промыслах увеличивается на треть. О таком же решении сообщил нигерийский нефтяной министр после совещания с президентом Бухари. Напомним, Нигерия ― крупнейшая нефтедобывающая страна Африки. Она увеличит добычу на треть. Следом, надо полагать, потянутся и остальные.

Впрочем, другие аналитики находят повод для оптимизма: якобы таким образом РФ сможет ослабить экспансию американской сланцевой нефти. Да и вообще ослабить США. Пока что эти оптимистические прогнозы странным образом не сбываются. Трамп уже в полной мере оценил инициативу РФ и падение нефтяных цен: «Хорошо для потребителей, цены на горючее снижаются». Сегодня фондовые рынки США открылись в плюсе.

Может быть, тут какая-то особо сложная комбинация по дискредитации Трампа. И то, что сегодня кажется ему большим достижением, завтра обернётся для него полным провалом. Но в этом ли главная задача экономики РФ? О народе подумать не пора ли?

На это есть ответ министра российских финансов Силуанова. На экстренном ночном совещании у премьера он пообещал, что казне ничего не грозит. И не только казне, но и нацпроектам, так называемым социальным обязательствам Путина. Оно, конечно, радует. Неясно только: если всё так хорошо, зачем экстренно по ночам собираться?

Чтобы решить вопрос о немедленной и срочной продаже накопленной за последние три года валюты? А заодно полностью отказаться от её покупки Центробанком. Дабы хоть как-то остановить падение рубля. Впрочем, как полагает Георгий Ващенко их «Фридом Финанс», есть куда большая опасность ― $45 млрд вложений иностранных инвесторов в облигации федерального займа. Сделали они были в то время, пока цена нефти была условно-стабильной. Сейчас рисковать никто не захочет и от ОФЗ начнут срочно избавляться: «Выход неизбежен, и от ЦБ уже ничего не зависит». Вливай не вливай валюту, падение рубля не остановишь. По крайней мере в ближайшее время. Как и цены на нефть быстро не восстановишь.

И это, кажется, стало понятно даже Сечину. Ещё в воскресенье в «Роснефти» приветствовали выход из сделки. Пресс-секретарь Леонтьев во все лопатки клеймил ОПЕК. Сегодня другой пресс-секретарь, путинский, осторожно намекнул, что Москва ещё надеется о чём-то договориться с Эр-Риядом… Сегодня же ― видимо специально для тех, кто решил, будто саудиты пошутили ― принц Абдулазиз бен Сальман, курирующий королевское министерство энергетики, всё расставил по своим местам. Никаких переговоров. «На свободном рынке каждый производитель нефти должен демонстрировать свою конкурентоспособность, сохранять и увеличивать рыночную долю». В на русский язык эта красивая восточная мудрость звучит проще: спасение утопающих ― дело рук самих утопающих. Плюс: соображать надо до того, как сделаешь. А после не обижаться.

Эксперты уже прикинули, во что выльется падение рубля рядовым гражданам. Инфляция полностью сожрёт все дотации и прочие президентские подачки. Это даже не обсуждается. Речь уже о том, впадёт ли отечественная экономика в очередную техническую рецессию или же она перерастёт в депрессию.

Считается, что прошлый год был удачным ― реальные доходы населения выросли на  0,9%. Это ― десятая часть потерянного после аннексии Крыма и введения санкций, обернувшиеся обвалом в 2014-м. При этом более половины россиян (51,4%) имеют реальный доход 27 тысяч рублей в месяц ($250 по нынешнему курсу) каждый пятый (20,5%) получает меньше 19 тысяч, каждый восьмой (13,1%) ― находится за чертой официальной бедности ($68 в месяц). И только 8,5% имеют доход более $1 тысячи. Иногда значительно больше этой цифры: глава «Роснефти» получает около 2 млн рублей в день, глава «Газпрома» ― около 2,5 млн рублей в день. В результате в среднем на одного россиянина приходится доход в 40,8 тысячи рублей. И это, по словам экономиста Якова Миркина из ИМЭМО РАН, лишь скрывает масштабы настоящего бедствия. Кстати, говорил он об этом ещё до вчерашнего обвала.

Понятно, что российская экономика начнёт рушиться не завтра. Если на то пошло, и начала не вчера. Понятно, что какие-то меры будут приняты. Но вряд ли это сильно улучшит нынешнее положение дел. И не очень понятно, что за этим воспоследует. Четыре десятилетия назад падение нефтяных цен ― тоже, кстати, инициированное Эр-Риядом ― повлекло цепь событий, резко убыстривших падение советского коммунизма. Естественно, он бы рухнул и так. Но это очень способствовало. Как и Афганская война, типологически сходная с донбасской и сирийской. Как и андроповский апогей совгэбизма. Как и раннегорбачёвские суетливые закручивания под бурные словопотоки. В общем, могут повторить, видим. Уже и повторяют. Под конец трудно придумывать что-то новое.

Таков был экономический камертон встречи Путина с депутатами Госдумы. На которой он в очередной раз передумал уходить. («Как можно, Иосиф Виссарионович?! Вы один наша надежда и опора! – Ладно. Подумаем».) Не будем углубляться в его очередные исторические изыскания. Например, по поводу того, что поправка в Конституцию США об ограничении президентства двумя сроками введена лишь в 1951 году, всего-то лет семьдесят назад, исторически ничтожная давность. Чисто арифметически это так, на этот раз Путин не перепутал. Только забыл сказать, что полтора века в Америке действовала институциональная традиция о запрете третьего выдвижения – соблюдавшаяся так же прочно, как закон. Пошёл этот обычай с Джорджа Вашингтона, отказавшегося баллотироваться в третий раз. Хоть и называли американские демократы своего первого президента по-всякому – почти королём, тираном, алкоголиком… Единственный случай третьего и даже четвёртого избрания – это Франклин Рузвельт в годы Второй мировой войны. Не Штатами развязанной.

Но это так, к слову. Есть ли в Конституции запись такого рода, вообще не суть. В США без неё, по правде говоря, можно было бы обойтись. Достаточно Второй поправки из Билля о правах – о праве на оружие и праве на восстание. Она сама по себе создаёт необходимые гарантии от узурпации власти. Ничего лишнего власть себе не позволит, даже если захочет.

Тем более не стоит входить в детали путинских рассуждений о сменяемости власти в некоем будущем. Любопытно, правда, как проехался Путин по Советскому Союзу: «Там никаких выборов не было. Всё решалось келейно, в результате внутрипартийных интриг. Сейчас абсолютно другая ситуация…» Ну ещё бы им не хотеть правопреемства от СССР – можно будет не заморачиваться с выборами. «Впредь шестёрку именовать семёркой» (И. Сталин) – и дело решено. Как не стремиться туда теперешней номенклатуре в своих конституционных мечтаниях.

Суть выступления заключалась в очередной тени на плетень. Которую затруднительно даже процитировать, ибо, если буквально, то непонятно что сказано и непонятно к чему относится. Однако – всё очевидно и чётко. Вот где ораторское-то искусство. И по содержанию однозначное указание, и по форме вроде не придраться.

Предложение депутата Терешковой снять ограничение по срокам возглавления президент путин вежливо отклонил. Но тут же распорядился направить идею в Конституционный суд – известный своей необузданной преданностью и неповторимым председателем. Пусть там обнуляют, на то они и в мантиях. Если нельзя, но очень хочется, значит, можно – незамысловатая суть путинского решения по собственному продвижению на престол. Уже в пятый раз. Если наивно считать, что в 2008–2012-м президентом был кто-то другой.

Ещё недавно конструировалась красивая (по их понятиям) схема с Госсоветом. Но, похоже, решили повременить с экспериментами. «Во всяком случае, до 2024 года. А там видно будет» (В. Путин). По старинке проще и надёжнее. «Впервые за 20 лет он применил для сохранения власти самый простой и кондовый вариант, тогда как раньше его политтехнологи придумывали что-то», – отмечает петербургский публицист Дмитрий Травин. Лимитирующий фактор экономики веско сказал своё слово. На манипуляции и откуп от масс попросту не стало денег. Значит, по народной мудрости: «Их защищает лишь ОМОН».

Ещё неделю назад Путин заверял, что нефтезависимость российской экономики снижается. Говорил о том, как они (?) от этого хотели уйти и когда-нибудь непременно уйдут. Хотя это «требует времени». Видимо, не менее ещё двух президентских сроков. Несчитанных предыдущих не хватило, чтобы довести страну до полного развала, а народ ― до полной нищеты (сейчас-то официально нищих всего 19–20 млн). Но это уже не за горами. В прошлом году приставы вели 10,5 миллионов исполнительных производств по кредитным долгам россиян. На 2,66 трлн рублей. Причём половину долгов сами приставы уже не надеются выбить никакими средствами ― у должников ни доходов, ни имущества. Неплохой итог двух десятилетий правления. Можно повторить?

«Всё-таки традиционалистские режимы иногда обладают тем, чего так не хватает добренькой Европе», – отмечает другой питерский оппозиционный публицист Александр Скобов. Сопоставление саудовской жёсткости с европейской толерантностью резонно. Но традиционализм определённого рода отнюдь не чужд и Европе – вопрос, какой. А главное, он присущ и России.

Акулина Несияльская, специально для «В кризис.ру»

в России

У партнёров