Как-то автору этих строк случилось услышать шутку выпускника родного истфака, распределённого после университета в КГБ СССР: «Руки у нас длинные! Но слаааабые…». Правда, разговаривали в девяностых, когда наследники чекистов не занимали таких властных позиций, как теперь. Но и тогда, вероятнее всего, это был «юмор прикрытия».

Гибель в Киеве руководителя Беларуского дома в Украине Виталия Шишова заставляет задуматься о гэбистских внешних спецоперациях. И порассуждать о постколониальной картине силовых структур на постсоветском пространстве.

Не секрет же, что до сих пор в большинстве государств, возникших на развалинах СССР, руководящие должности в вооружённых силах, органах внутренних дел и госбезопасности занимают выходцы из соответствующих организаций советского времени. Нередко связанные с коллегами в Российской Федерации не только прошлым знакомством. Нетрудно понять, что это означает в конфликтных ситуациях. Многое из происходившего в Украине весной–летом 2014 года (не исключено, что и потом) связано как раз с этими факторами. Не меньше опасных проблем может возникает и для оппозиционеров, вынужденных искать убежища у соседей.

Мы знаем о выдачах диссидентов органам центральноазиатских деспотий. Помним, как нелегально, но с очевидного ведома и согласия януковичевских силовиков вывозили в из Киева в Москву фигуранта «Болотного дела» Леонида Развозжаева. Совсем недавно ФСБ задержала в Москве и выдала в Минск беларуского учёного-оппозиционера Александра Федуту и лидера партии Беларуский народный фронт Григория Костусёва. По просьбе беларуских «коллег». По опереточному обвинению в подготовке переворота.

Довольно характерна в этом отношении служебная и политическая траектория скончавшегося сегодня Евгена Марчука. Начал сексотом КГБ ещё в студенческие годы. Прошёл через пятое («антидиссидентское») управление КГБ в Украине. Стал уже в перестройку руководителем КГБ УССР. В независимой Украине – первый председатель СБУ. «Этим займётся пан Марчук», – говорил Леонид Кравчук, когда речь заходила о чём-то совсем «стрёмном». И пан обычно справлялся.

Во главе СБУ Марчук курировал, в частности, деликатный вопрос о продаже оружия из Беларуси (! – правда, ещё долукашенковской) при посредничестве Украины. А потом пошёл по политической линии. Стал в 1995 году, премьер-министром при Леониде Кучме. Менее чем через год был отправлен в отставку с замечательной формулировкой «за формирование собственного политического имиджа». В дальнейшем ему пришлось побывать и депутатом Верховной Рады, и секретарём Национального совета по обороне и безопасности, и неудачливым кандидатом в президенты, и министром обороны. C 2014-го Марчук в качестве главы Международного секретариата по безопасности и гражданскому сотрудничеству между Украиной и НАТО курировал отношения Украины с Североатлантическим альянсом и Евросоюзом. Участвовал в работе Трёхсторонней контактной группы на Минских переговорах. С ноября 2018 года стал представлять в ней Украину вместо Леонида Кучмы.

До сих пор нет убедительного ответа, кто убил в июле 2016 года в Киеве известного беларуско-украинско-российского журналиста Павла Шеремета. Взрыв был подготовлен и проведён весьма профессионально, с минимальным риском для посторонних лиц. Что наводит на мысль о профессиональных исполнителях. Сам Шеремет и Олена Притула незадолго до убийства говорили о слежке за ними. Беларуский след – не единственная версия убийства, но едва ли не самая правдоподобная и доказательная. Следует иметь в виду: Павел – соавтор одной из первых подробных биографий Александра Лукашенко. Обидчивость, злопамятность и мстительность диктатора Беларуси – давно общее место.

Когда в парке рядом с районом Святошино был обнаружен повешенный Виталий Шишов, первой версией стало убийство. Версия самоповешения рассматривалась как второстепенная. Наводит на мысли и сходство ситуации с гибелью Константина Шишмакова и Никиты Кривцова в августе прошлого года. (Первый погиб в лесу в Гродненской области, второй неподалёку от Минска.) Официально лукашенковские органы, конечно, заявили о самоубийствах. Мало кто в это верит. Как мало кто сомневался в Польше 1980-х, каким образом погибали активисты подпольной «Солидарности».

Есть ли основания предполагать связь смерти Виталия Шишова с акциями беларуских спецслужб и тесно сотрудничающих с ними российских? Виталий стал политическим беженцем в Украину осенью 2020 года. Он не собирался отсиживаться, а зарегистрировал в Минюсте Украины общественную организацию «Беларуский дом в Украине» (БДУ) и создал телеграм-канал «Тихари на экспорт». Давал информацию об агентуре (или предполагаемой агентуре) беларуских спецслужб за рубежом, в том числе в Украине. Ясно, как должны были воспринимать его эти спецслужбы.

В то же время следует иметь в виду, что в кругах беларуской диаспоры в Украине репутация БДУ неоднозначна. Звучали обвинения в связях не только с украинскими правыми радикалами, но и с бывшим членои беларуского отделения РНЕ Сергеем Коротких. Впрочем, взаимные обвинения, к сожалению, типичны для эмигрантских сообществах.

Не исключено, что в гипотетическом убийстве могли быть задействованы явно или «в тёмную» и какие-то внутриукраинские силы. Понятно, какой направленности. Такое в истории тоже бывало. Можно вспомнить хотя бы давнюю историю убийства итальянского антифашиста, основателя организации «Giustizia e libertá» («Справедливость и свобода»), теоретика либерального социализма и бойца интербригад в Испании Карло Росселли с братом Нелло. Организаторами были муссолиниевские спецслужбы, а исполнителями – кагуляры, члены французской профашистский организации «Секретный комитет революционного действия». Ориентированные на Рим и Берлин. Сейчас они, вполне вероятно, симпатизировали бы правящей Москве…

Назывался как версия и прямой след РФ. С такой аргументацией, что у беларуской «спецуры» не хватило бы квалификации, и они обратились за содействием. Конечно, у предков российских спецслужб длинная история устранений оппонентов. Как минимум с 1920-х, с операций «Трест» и «Синдикат». Далее – похищения и убийства генералов Александра Кутепова и Евгения Миллера, попытки похищения лидера социалистов-революционеров Виктора Чернова. Убийства бывших разведчиков и дипломатов, порвавших со сталинским режимом. Советскими чекистами убиты лидеры ОУН Евген Коновалец и Степан Бандера (последний – уже в «вегетарианские» хрущёвские времена). Шумной была история с убийством в Лондоне болгарского политэмигранта Георгия Маркова в 1978 году (приписывают как КГБ СССР, так и аналогичной службе живковской НРБ).

Но это всё в прошлом. В постсоветские годы российские «джеймсбонды» отметились двумя эпическими провалами. Засыпались в Катаре исполнители взрыва, которым был убит известный лидер чеченских сепаратистов Зелимхан Яндарбиев. Вычислены и разоблачены неудачливые отравители бывшего полковника российского ГРУ и по совместительству британского шпиона Сергея Скрипаля с дочерью. Квалификация явно уже не та.

Между тем всё больше информации о беларуских спецподразделениях соответствующего профиля. Началось это внутри Беларуси ещё в 1999 году – «исчезновениями» бывшего председателя ЦИК Виктора Гончара, бизнесмена Анатолия Красовского, бывшего министра внутренних дел Юрия Захаренко. В 2000-м был похищен и убит оператор корпункта Первого канала российского телевидения Дмитрий Завадский. Тогда убийства осуществляли служащие спецназа МВД РБ.

По данным BYPOL – организации бывших сотрудников силовых структур Беларуси, перешедших на сторону оппозиции – в настоящее время в структуре ГРУ Генштаба Беларуси существует подразделение специальных операций: 9-й отдел ГРУ, он же в/ч 11709. Характерно, что значительная часть начальствующего состава ГРУ – уроженцы России. И проходили военную службе на российской территории не только в советские годы.

После гибели Виталия Шишова президент Украины Владимир Зеленский дал указание СБУ и МВД Украины усилить работу по потенциальной беларуской и российской агентуре. В том числе работающей против беларуских политэмигрантов. Почему нельзя было обратить внимания на эту очевидную проблему раньше, не слишком понятно.

Украина по географическим и культурным причинам остаётся самой желанной страной для беларуских политэмигрантов, желающих продолжать активную работу по освобождению своей родины. Украинско-беларуская граница в некоторых районах Полесья даже более проницаема, чем граница Беларуси с Россией. В Украине сильны организации, сочувствующие освободительному движению Беларуси и готовые ему помогать. Но похоже, та же граница слишком проницаема и для тех, кто служит узурпатору в Минске. Удастся ли украинскими властям решить эту проблему? Очищены украинские силовые структуры от чинов, для кого родина по-прежнему СССР, а не Украина? Или верят в путинский «единый народ», проще говоря – «чекистское братство»?

В самой же Беларуси продолжаются политические репрессии. Оппозиционные телеграм-каналы ежедневно приносят вести об административных и уголовных судах. В Минском областном суде начался процесс Марии Колесниковой. Вместе с ней судят другого члена оппозиционного Координационного совета – Максима Знака. Суд проходит в абсолютно закрытом режиме, не допущены даже родственники подсудимых. Накануне процесса Марии Колесниковой предлагали выступить по телевидению с покаянием и «разоблачением» оппозиции. Рассчитывали повторить историю с Романом Протасевичем. Мария отказалась.

И не надо забывать, что в Гомельском СИЗО с 24 июня продолжается закрытый суд над кандидатом в президенты Сергеем Тихановским, лидером партии «Народная грамада», Николаем Статкевичем и ещё четырьмя активистами. Карательная машина продолжает раскручивать мощь и охват. Хозяева мстят восставшим за пережитый страх. Важно, чтобы в следующий раз одним страхом не отделались.

Павел Кудюкин, специально для «В кризис.ру»

в Мире

У партнёров