• 7 июня 2011 Власть

    Левый индеец опередил правую дочь «китайца»

Пять лет назад подполковник Умала уже баллотировался в президенты. В 2006 году он победил в первом туре. Миллионы перуанцев ужаснулись тогда надвигавшейся перспективе: Умала не только восславлял империю древних инков как царство социальной справедливости, но и не скрывал ориентации на Уго Чавеса. Его избрание однозначно расценивалось как превращение страны в венесуэльский протекторат. Правая оппозиция поддержала социал-демократа Алана Гарсиа, который во втором туре и одержал победу.

Но Гарсиа не слишком популярен в стране. Он уже побывал президентом во второй половине 1980-х, его беспомощная экономическая политика спровоцировала гиперинфляцию и практическое разрушение национального хозяйства. Перед выборами 2006-го он торжественно пообещал учесть прежние ошибки. И действительно, похоже, учёл. На этот раз он не отличился вообще ничем, эсдек как эсдек. Так и подошли нынешние выборы.

«Лихие девяностые» в Перу были временем Альберто Фухимори. Этнического японца по недоразумению считают олицетворением неолиберализма, тогда как реально Фухимори – яркий неоконсерватор с праворадикальными чертами. Это далеко не одно и то же.

Финансово-стабилизационные меры удушили инфляцию. Массированная приватизация госимущества стимулировала частный бизнес. Рыночные реформы Фухимори оказались эффективнее российских аналогов. Вероятно, потому, что Фухимори не боялся сознательно опереться на массив низового бизнеса, на тех, кого российские коммунисты начала 1990-х называли «торговой шпаной».

Параллельно Фухимори раздавил структуры коммунистического терроризма «Сендеро луминосо» (маоистско-полпотовского толка) и «Революционное движение Тупак Амару» (сталинистского толка), которые при Гарсиа ногой открывали все двери в стране. Что характерно, важную роль в этом сыграли ультраправые «эскадроны смерти», укомплектованные идейными сторонниками президента. Возглавлял же систему антикоммунистического террора «клин клином» министр внутренних дел и ближайший сподвижник Фухимори по имени Владимир Ленин Монтесинос (его родители были убеждёнными коммунистами).

Перуанский парламент, в котором доминировали левые из партии Гарсиа, пытался противодействовать президентскому курсу. Тогда весной 1992 года Фухимори пошёл на госпереворот, предвосхитив действия Бориса Ельцина полтора года спустя. И встретил в этом массовую поддержку низов. Раскупорка предпринимательской активности и подавление коммунистического терроризма способствовали популярности недавно ещё никому не известного перуанского японца по кличке «китаец».

В 1995 году Фухимори был триумфально переизбран. Он немедленно амнистировал всех ранее осуждённых за «нарушения прав человека» (преследования коммунистов и леворадикалов), выиграл приграничную войну с Эквадором, окончательно разгромил «Движение Тупак Амару» при захвате японского посольства (расправа спецназа с группой подростков, возглавляемых 43-летним хладнокровным фанатиком, впечатляла своей жестокостью). Далее Фухимори, что называется, потерял след, началось головокружение от успехов.

Он произвольно изменил конституцию, дабы получить возможность баллотироваться на третий срок, пошёл на безальтернативные выборы, выиграл их у самого себя… Параллельно стали известны факты подкупа депутатов, связи Ленина Монтесиноса с наркобизнесом, жуткая программа принудительной стерилизации, осуществлявшаяся в индейских деревнях. Если первый срок Фухимори знаменовался преодолением хронического кризиса, успешными реформами и подавлением тоталитарных движений, то второй рассматривался как беспредел коррупции, мафиозности и геноцида. Беспредел, устремлённый к диктатуре ни перед чем не останавливающегося самурая.

Обстановка в Перу накалилась не в пользу Фухимори. Понимая это, он осенью 2000 года улетел на саммит в Бруней, а оттуда в Японию, где и объявил об отставке. Следующие пять лет он прожил на исторической родине. Тем временем в Перу развилась ностальгия по динамичному и решительному лидеру. Зафиксировав этот сдвиг, Фухимори сообщил, что возвращается.

Он прилетел в Чили — где был арестован по перуанскому запросу и экстрадирован в Перу при посредстве Интерпола. Там экс-президент предстал в качестве обвиняемого аж на четырёх судах и четырежды был признан виновным – в злоупотреблении властью (6 лет тюрьмы), организации «эскадронов смерти» и убийствах (25 лет), даче взятки (7,5 лет), незаконном прослушивании телефонов и подкупе СМИ (ещё 6 лет). Всё это он и отбывает по сей день.

Для перуанских правых Фухимори остаётся кумиром. То, за что он осуждён, ставится ему в заслугу. При этом, надо заметить, они не выдвинули другого лидера, сопоставимого с «китайцем». Выдающийся писатель, нобелевский лауреат прошлого года  Марио Варгас Льоса, правый либерал по убеждениям, пользуется огромным моральным авторитетом, но не может сравниться с Фухимори в политическом искусстве и харизматичности. Политическую роль «китайца» унаследовала его дочь Кейко София Фухимори. 36-летняя депутат парламента от правопопулистского «Альянса за будущее» — в испанской транскрипции аббревиатура звучит как «А(льберто)Ф(ухимори)» — противостояла на нынешних выборах 49-летнему подполковнику, лидеру левонационалистической партии.

Отец Умалы – основатель индейского националистического движения, брат – организатор городского вооружённого мятежа. Сам же Ольянта Умала сделал при Фухимори неплохую военную карьеру. Леворадикальные взгляды не мешали ему громить в боях маоистов из «Сендеро луминосо». Отличился он и в столкновении с эквадорцами. Уверовав в своих силы, Умала попытался в 2000 году организовать путч против самого Фухимори, но здесь удача ему изменила. Однако он заявил о себе как о политическом борце за социальную справедливость, против наглых богачей и ненавистных янки.

В Каракасе, откуда распространяется левая экспансия, на него обратили внимание как на потенциального партнёра. Уго Чавес действительно поддерживал Умалу на выборах 2006-го, но эта поддержка оказалась скорее в минус кандидату. Из чего были сделаны выводы.

На этот раз Умала сбавил радикализма. Этому способствовала смена власти в США (Барак Обама не воспринимается так люто, как Джордж Буш-младший). В своей программе он говорил в основном о социальных программах, борьбе с коррупцией и защите демократии. К призраку империи инков Умала уже не взывал, от Чавеса старался отмежёвываться. Правда, с теплотой отзывается о левой хунте 1970-х и её главе Веласко Альварадо, которого иногда называли «Альенде в мундире». Так или иначе, если пять лет назад раньше Умалу можно было поставить в один ряд с радикальными левыми типа венесуэльца Уго Чавеса, боливийца Эво Моралеса, эквадорца Рафаэля Корреа, то теперь он эволюционировал в направлении левоцентристов – бразильцев Лулы да Сильвы и Дилмы Русефф, аргентинской четы Киршнер, уругвайца Хосе Мухики. Бастионом же правых сил в Южной Америке остаётся Колумбия и в последнее время Чили.

С другой стороны, Кейко Фухимори преобразовала свой «АФ» в партию «Сила 2011». Практически всю программу строила на прославлении своего отца и борьбе за его освобождение. Многочисленные фанаты Фухимори отдали ей голоса – и этого, надо заметить, оказалось ненамного меньше, чем требовалось для победы. Однако бросается в глаза, что даже Марио Варгас Льоса не поддержал Фухимори-младшую. Будучи убеждённым правым, писатель-нобелиат посчитал, что Кейко скорее установила бы диктатуру, чем левак-подполковник. Наследственность…

У партнёров