В университетском городке Стэнфорд скончался Джордж Шульц – государственный секретарь США 1982–1988 годов. Это были годы президентства Рональда Рейгана, 110-летний юбилей которого пришёлся на 6 февраля 2020-го – день, когда не стало Шульца. 60-й госсекретарь менее известен миру, нежели 40-й президент. Но в историю вошёл и он – глава американской внешней политики тех лет, когда Холодная война XX века завершалась победой антикоммунистических сил. Шульц никогда не рвался под софиты и юпитеры. Но его работоспособность и упорство были поистине планетарны.

Джордж Прэтт Шульц родился в нью-йоркской семье немецкого происхождения. Упорно ходили легенды о его родстве с Рокфеллерами. Это не так, но семейство было обеспеченным. Детство и раннюю юность провёл в элитном городке Энглвуд. Защитил диплом экономиста в Принстонском университете. В 1942–1945 годах морпех Шульц воевал с японцами на Тихом океане. В послевоенном отпуске на Гавайях познакомился с армейской медсестрой Элен О’Брайен, которая стала первой его женой. Они прожили вместе полвека, у них были пятеро детей.

Ему не было тридцати, когда в 1949-м он стал доктором наук. Преподавал экономику в Массачусетском технологическом институте, трудовые отношения в Высшей школе бизнеса Чикагского университета. Состоял экономическим советником при президенте Дуайте Эйзенхауэре. Этот факт о многом говорит: «старина Айк», президент от Республиканской партии, был олицетворением добротного американского консерватизма середины прошлого века – и в то же время трезвомыслящим военным прагматиком. Американская индивидуалистическая традиция, антикоммунизм и антисоветизм, превосходящий оборонный потенциал, рыночная экономика по принципу «больше бизнеса в правительстве, меньше правительства в бизнесе» – на этих принципах сформировалась мировоззрение Джорджа Шульца.В 1969 году Шульцу было без малого пятьдесят лет. В этом возрасте он сменил стезю. Из науки и преподавания перешёл на политику и госслужбу. Министр труда, директор бюджетного управления, министр финансов в администрации Ричарда Никсона. Всюду он показывал себя как не слишком яркий, но очень крепкий профессионал. Настоящий эффективный менеджер.

Как финансист он удерживал бюджетные балансы, подавлял инфляцию, старался дерегулировать цены и зарплаты – хотя это не всегда удавалось. При чём не только в Америке, но и во всём капиталистическом мире. Как трудовик координировал переговоры АФТ–КПП с большим бизнесом. Разруливал трудовые споры, старался предотвращать забастовки. Стал почти своим человеком в АФТ–КПП. Вмешивался даже в типичные для американских профсоюзов околомафиозные разборки. Настояв на плотном расследовании убийства горняцкого вожака Джо Яблонски, министр фактически свалил могущественного профбосса Тони Бойла – и открыл дорогу молодым рабочим активистам.

Был у Шульца и момент острого конфликта с профсоюзами. Казалось бы, что тут удивительного – «буржуазный министр», да ещё правый республиканец, как ему не враждовать с организованными трудящимися? Но очень уж специфичен оказался повод конфликта: Шульц добивался – и добился! – квоты для чернокожих американцев в филадельфийском профсоюзе строителей. Пока министр не вмешался, состав профсоюза был «белоснежным». (Но едва ли это добавило ему симпатий теперешнего BLM.)

Администрация Никсона была известна «политикой разрядки», диалогом и соглашениями с брежневским СССР. Эта сторона никсоновской политики вызывала очень серьёзную критику. Особенно через несколько лет, когда плоды «разрядки» проявились в полной мере. Но к внешнеполитической стороне Джордж Шульц не имел тогда отношения. И более того, разгульной никсоновской администрации Шульц ухитрился избежать компромата и скандальности. Уотергейтский водоворот, приведший к единственной в американской истории отставке президента – Никсон ушёл под угрозой неминуемого импичмента – Шульца никак не затронул.

Покинув министерский пост, Шульц занялся бизнесом. Побывал вице-президентом, директором и президентом крупнейшей в США строительной компании Bechtel. И тут удавалось многое: расширился круг заказчиков и партнёров, выручка компании возросла в полтора раза.Именно там, в Bechtel, Джордж Шульц получил предложение стать госсекретарём. То есть по официальной иерархии – третьим лицом американского государства. После президента-республиканца Рональда Рейгана и вице-президента Джорджа Буша-старшего.

Это был июль 1982-го. Рейган пребывал в Белом Доме всего полтора года. Положение его администрации было тогда сложным. Ещё продолжалась инерция картеровского экономического спада. Ужесточалось внешнее противостояние. А тут ещё приходилось менять госсекретаря.

Бравый генерал Александр Хейг, бывший командующий силами НАТО в Европе, был полной противоположностью Шульца. Резкий, броский, всегда на виду, он произнёс фразу, во многом изменившую эпоху: «Есть вещи поважнее, чем мир». Она была вполне адекватна историческому моменту. Это значило: за свободу готовы стоять, пусть тоталитарные режимы не надеются взять на испуг, бойтесь теперь сами.

Но была за Хейгом и менее удачная фраза: «Теперь здесь всё контролирую я» (на русский это перевели: «Я беру здесь команду на себя»). Сказал он это 30 марта 1981-го, когда юный придурок шесть раз выстрелил в Рейгана и один раз рикошетом попал. Фактически Хейг провозгласил, что вступает в исполнение обязанностей президента. Это совершенно не устроило ни Рейгана (который не собирался в мир иной), ни Буша, ни главного президентского советника Эдвина Миза, ни кого бы то ни было в администрации. После выздоровления и возвращения главы государства этого никто не забыл.

Не вполне ладилась у Хейга и международная практика. Урегулировать англо-аргентинский конфликт, избежать войны между двумя американскими союзниками ему не удалось. Неясной была линия на Ближнем Востоке: Рейган в целом осудил израильское вторжение в Ливан (налаживался альянс с политическим исламом в антисоветском противостоянии), Хейг скорее поддержал. Стратегия военно-политической конфронтации с СССР была у Хейга неясной, в основной импульсивной. Рейган отдавал предпочтение неуклонной методичности министра обороны Каспара Уайнбергера (кстати, тоже поработавшего в Bechtel) и директора ЦРУ Уильяма Кейси. Шульц очень органично замкнул эту триаду.

Короче, было принято кадровое решение по принципу «вода и камень, лёд и пламень»: вместо Хейга – Шульц. Впервые Джордж Шульц обрёл мировую публичную известность. И было за что.Многие влиятельные рейганисты не доверяли Шульцу. Считали слишком прагматичным флегматиком, недостаточно идейным и энергичным. Такое отношение витало даже в администрации, не говоря о конгрессе и партийном активе. Но Рейган поставил всех на место – его доверие новому госсекретарю было полным и демонстративным. Ронни снова оказался прав.

На самом деле Шульц был жёстким «ястребом». Сильно круче тех же Хейга или Уайнбергера. «Сила и дипломатия должны идти рука об руку, иначе в этом мире многого не добьёшься», – говорил он. И слова не расходились с делом. Просто не любил Шульц кричать о своей крутизне.

Госдепартамент Шульца быстро срезал все шероховатости в отношениях внутри НАТО. В спорных вопросах – типа экономических издержек антисоветских санкций – были найдены нужные компромиссы. На их основе выстроен чёткий антикоммунистический фронт. Против советской экспансии возведён прочный заслон. Выразительно проявившийся в размещении в Западной Европе новых американских ракет. Это был сильный ответ не только на советские СС-20, но и на польско-ярузельскую войну, действенная солидарность с «Солидарностью».

В том же Ливане, однако, ситуацию никак не удавалось взять под контроль. Между прочим, Шульц настаивал на военном подавлении террористических организаций, но не получил согласия Уайнбергера. Военный министр не решился на инициативу флегматичного дипломата… Но сам Шульц умел маневрировать. Где ударить, а где и к столу пригласить. К концу своего госсекретарства он уже шёл на прямые переговоры с ООП Ясира Арафата.

Трудно складывались отношения с Китаем – зато Америка безоговорочно защищала Тайвань. Походя был снесён коммунистический режим на Гренаде. «Аккуратное, но сильное», прямо по папановскому Лёлику, вмешательство в ирано-иракскую войну («Эту посудину отправим на дно» – Уайнбергер) ослабило обоих противников. И при всем яростном антикоммунизме Рейган и Шульц поддержали волну демократизации – переход к конституционным порядкам от правых диктатур в странах Латинской Америки, на Филиппинах, в Южной Корее.

А главное, Шульц стал уверенным проводником доктрины Рейгана – всемирной и всемерной поддержки антикоммунистических повстанческих движений. Афганские моджахеды, никарагуанские контрас, ангольская УНИТА, мозамбикское РЕНАМО… Это было названо «перенос акцентов с государственных на племенные». Но «племя» – это народ. Такой союз действительно надёжнее межгосударственного. «Собратья в борьбе за свободу! – обращался госсекретарь к моджахедам. – Я горд, что я один из вас!» В советском агитпропе слегка обалдевали: «Знаете, кто такой Джордж Шульц? Басмач, душман!»Вопли «сил мира, прогресса и социализма» (предшественников BLM и прочих воздыхателей Си Цзиньпина и плакальщиков по Сулеймани) попросту игнорировались. Причём с сокрушительным презрением.

Брежнев, Андропов, Черненко впервые натолкнулись на непробиваемую и несдвигаемую жесть. И это ускорило исторические перемены в самом СССР. Приход Горбачёва обернулся кардинальной сменой курса. И внутри, и вовне. Началась реальная разрядка – ибо настоящее потепление в мире было возможно только при демонтаже советской системы.

Джордж Шульц установил позитивные отношения и с Михаилом Горбачёвым, и со своим советским коллегой Эдуардом Шеварднадзе. Гонка вооружений превратилась в гонку разоружения. «Вчера мы с господином Шульцем обсуждали технические вопросы уничтожения боеголовок, – говорил Шеварднадзе в декабре 1987, после подписания Договора о ликвидации ракет СМД (из которого теперь вышли мудрые наследники Рейгана и Горбачёва). – И вдруг оба замолчали, испытав настоящий шок: неужели это, ещё недавно непредставимое, стало теперь возможно?!» Мир действительно стал безопаснее. Потому что стал свободнее.

Джордж Шульц раньше других в администрации замечал новизну и адаптировался к ней. Раньше других распознал он выгодные для США и Запада тренды мирового развития. И сумел их практически задействовать. Он уходил в 1989-м одним из самых успешных госсекретарей. Так он и занимал этот пост дольше почти всех прочих.

Последние три десятилетия Джордж Шульц прожил активной жизнью. Жил в калифорнийском Стэнфорде, преподавал экономику в университете. Консультировал республиканских политиков – в том числе губернатора Калифорнии Арнольда Шварценеггера. Будучи консерватором, участвовал, однако в борьбе против изменения климата. Работал в нескольких инновационных компаниях, особенно медицинских. Тесно сотрудничал в общественных организациях с Уорреном Баффетом. Однажды не побрезговал поставить подпись под статьёй о ядерном разоружении рядом с Генри Киссинджером – за которым разгребал последствия капитулянтских безумств.Джордж Шульц был заметной фигурой в кругу политических советников Джорджа Буша-младшего. Он поддерживал курс глобальной демократизации, включая свержение Саддама Хусейна. Наиболее близки ему были такие деятели новых поколений, как Джон Болтон и Кондолиза Райс. Настоящий республиканец самой твёрдой закваски, ветеран рейганизма, он был своего рода «смотрящим от славной эпохи». Хотя по темпераменту, конечно, не Джон Маккейн. И последовательность далеко не та – например, Шульц выступал за примирение с Кубой. Всё-таки прагматик, а не идеолог.

В чём Шульц был совершенно непримирим, так это в отношении к Дональду Трампу. На вопрос, что теперь будет, заданный после оглашения итогов выборов 2016 года, он ответил: «Помоги нам, Господи». Прошло четыре года, новые выборы принесли иной результат. Был ли Джордж Шульц обрадован? Точно не сказать, публичных заявлений не звучало. Не факт. Но, вероятно, уходил он из жизни хотя бы отчасти успокоенным.

Жена Элен умерла четверть века назад. Джордж Шульц заключил второй брак, со светской дамой Шарлоттой Майярд. При Шварценеггере она была начальницей губернаторского протокола. Символично, что на свадьбе в 1997 году присутствовали сразу две Нэнси – жена Рейгана и лидер демократов конгресса Пелоси. В этом парном приглашении был весь Джордж Шульц.

Три дочери, два сына, одиннадцать внуков, девять правнуков. Есть, кому продолжить.

Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»

в Мире

Власть

У партнёров