Вроде бы Чечня перестала быть «горячей» точкой на карте России. Однако горная республика остаётся поставщиком новостей. Главным генератором чаще всего становится Рамзан Кадыров. Иногда его высказывания выглядят забавно, как это случилось с требованием к жителям республики не выставлять на столы продукты, аналоги которых выпускают предприятия республики. Другие звучат угрожающе. В первую очередь – для сохранения единого правового поля страны.

cdcf36c49ff540f6ee246efd2de5a6a647c608caВ апреле этого года в Ленинском районе Грозного случилась стрельба. В городе, где даже ношение мини-юбок является негласным правонарушением, событие экстраординарное. Вскоре выяснилось, что стреляли по некоему Джамбулату Дадаеву. Который, находясь в федеральном розыске, попал в полицейскую засаду и попытался на автомобиле протаранить заслон силовиков. Те открыли огонь, Дадаев был убит. Казалось бы, проходной эпизод в борьбе с криминалом.

Однако Рамзан Кадыров возмутился. И даже не тому, что убили именно чеченца. Он публично посчитал, что на территории Чечни все подобные акции должны согласовываться с местными властями. А Дадаева «самостоятельно» застрелили силовики ставропольские, которые занимались «своим» расследованием покушения на бизнесмена Магомеда Тазирова.

Конечно, настороженность (мягко говоря) любых полицейских к коллегам-«пришельцам» общеизвестна. Однако в случае с Чечней есть нюансы. Не секрет, что республика давно являлась «чёрной дырой», где можно спрятать любые криминальные концы. И дело не обязательно в коррупционной составляющей. Просто республика после замирения по-путински получила такие права, которые и не снились Джохару Дудаеву, и яростно их отстаивает. Добавим к этому своеобразную структуру тамошнего общества, и поймём, почему ставропольские полицейские, которые долго гонялись по Чечне за Дадаевым, но взять его не могли, в конце концов решили закрыть вопрос кардинально.

Недаром ведь, помимо концептуальных возмущений Кадырова, мы слышим и адвоката Заурбека Садаханова, представляющего интересы родственников. Которые, в свою очередь, при явном попустительстве полиции недавно разгромили грозненский офис правозащитной организации «Комитет против пыток». Мол, его активисты занимаются невесть чем вместо того, чтобы добиваться наказания полисменов из Ставрополья.

Противостояние еще более обострилось после того, как Следственный комитет РФ, разобравшись в материалах уголовного дела по статье о превышении ими должностных полномочий, признал апрельскую спецоперацию в Грозном вполне законной. решение принималось на высшем уровне руководства Следственного комитета. Попутно заместитель председателя СКР Борис Карнаухов конкретно попенял чеченским подчинённым за излишнюю торопливость.

Рабочий визит президента Дагестана Рамазан Абдулатипов в ЧечнюВ борьбе силовиков с руководителями отдельных северокавказских республик практически всё зависит от двух факторов – статуса ведомства в силовой табели о рангах и политико-административного влияния конкретного главы региона. Скажем, у главы Дагестана Рамазана Абдулатипова хватает ресурсов, чтобы поддержать своего чеченского коллегу в сложностях с федеральными силовиками. Доводы обычно просты – мы тут едва-едва замирились, снижаем показатели по преступности, но вдруг приезжают разные неизвестные, хватают кого попало и тем самым расшатывают стабильность!

Другое дело – например, Кабардино-Балкария и ФСБ. Здесь всё просто и предсказуемо: в лесу, на дороге или в жилом массиве находят группу вооруженных людей и после недолгих переговоров их активно истребляют. Последний раз такое случилась в Нальчике на улице Шогенцукова. Правда, в таких операциях есть своеобразие. Проводит их республиканское управление ФСБ. В свои планы никого не посвящает. Но никто не возмущается. Какие вопросы?

Потом следуют победные реляции об уничтожении очередной бандгруппы. К слову, определение дается без суда и следствия. Похоже, громкие процессы канули в Лету.

Прощание с политиком Борисом Немцовым в МосквеВпрочем, вопросом взаимоотношений местного руководства с пришлыми силовиками чеченская тема не исчерпывается. Она получает продолжение в расследовании убийства Бориса Немцова. Правда, здесь вопросов больше, чем ответов. К тому же история обрастает всё новыми ответвлениями, звучат всё новые фамилии. Например – живущего в Лондоне банкира Германа Горбунцова. Или – уже, казалось бы, подзабытого Героя России и депутата Госдумы РФ Руслана Ямадаева. Какая связь? Есть сведения, что убийцы некогда влиятельного чеченского полевого командира, а затем легального российского политика из «партии власти» контактировали с неким влиятельным лицом из Чечни. Равно как и подозреваемые в убийстве оппозиционера. В случае с Ямадаевым это были Асланбек Дадаев, Тимур Исаев и Элимпаш Хацуев, в случае с Немцовым – Руслан Геремеев и Заур Дадаев. Наличие большого числа Дадаевых что в «ставропольской», что в «немцовской» историях никого смущать не должно. Официальные лица Чечни утверждают, что все они просто однофамильцы.

Похоже, дело об убийстве Немцова сознательно топят в череде вроде бы связанных с ним эпизодов. Что позволит вывести из-под удара главных заказчиков. И самое печальное – следствие так и не может выйти на то самое «влиятельное лицо из Чечни». По крайней мере, фамилия в открытых источниках не называется.

Такие вот дела. Помнится, в сказочном горном местечке Шпессарт, описанных Вильгельмом Гауфом, под личиной внешнего спокойствия тоже много чего творилось …

Николай Кольский, «В кризис.ру»

У партнёров