В Санкт-Петербурге полным ходом идёт сбор подписей в защиту Исаакиевского собора от посягательств РПЦ. В это же время в Севастополе идёт захват Херсонеса Таврического. Тоже музея. Тоже в составе церковного комплекса. И теми же заинтересованными лицами.

Истории церковных захватов культурных объектов в Санкт-Петербурге и Севастополе похожи и непохожи. Начались они почти одновременно — летом 2015 года. Севастопольский губернатор Сергей Меняйло назначил директором уникального музея-заповедника Херсонес Таврический протоиерея Сергия Халюту. Якобы изучившего в духовной семинарии некий загадочный курс реставрации. Сотрудникам музея, однако, этих знаний будущего научно-административного руководителя и — по совместительству — духовного наставника показалось мало. Они просто-напросто отказались ему подчиняться. Резонанс был впечатляющим — не только на черноморском полуострове, но и во всей РФ. Руководство страны, вероятно, в преддверии грядущих выборов, от греха убрало протоиерея с глаз общественности. А спустя некоторое время, и губернатора.

Выборы завершились. До следующих ещё далеко, и их исход, как полагают в Кремле, уже предрешён. Так что цацкаться резону нет. Халюта пошёл ва-банк: «Мы подготавливаем документы для того, чтобы исполнить закон 327, который от 11 ноября 2010 года «О передаче церковной собственности, которая находится в государственной или муниципальной собственности». То есть сегодня Симферопольская и Крымская епархия исполняет закон Российской Федерации». То есть полтора года назад не удалось присвоить музейный комплекс по-тихому, а теперь безо всякого политеса РПЦ требует своё. «Своё» — это древний античный полис, на территории которого византийцы, а потом их наследники из РПЦ построили несколько православных храмов. Понятно, что история язычников Халюту не волнует. Как и всё, что «находится вне компетенции Симферопольской и Крымской епархии». Это вроде забота государства. Пусть-де оно строит за свой счёт, то есть на налоги граждан, отдельный музейный комплекс. А нынешний музей-заповедник, хоть бы и с языческими памятниками, ясное дело, законная православная собственность.

Почему, спрашивается, не греческая? Или итальянская? Строили-то древние греки-колонисты, потом генуэзские купцы возродили город после татаро-монголов.

Как обычно, пресс-секретарь президента РФ сообщил, что не имеет информации о посягательствах РПЦ на Херсонес Таврический. Но предусмотрительно добавил, что «безусловно, тут нельзя говорить о каком-то общем подходе. Это вопрос целесообразности, который обсуждается в каждом конкретном случае». Вероятно, имея в виду, что передача епархии питерского Исаакия вполне себе целесообразна.

Понятно, что в Исаакиевском соборе речи о наследниках Монферрана не идёт. Но и у церкви нет оснований на владение. Строился собор за казённый счёт и РПЦ никогда не принадлежал. Попов туда пускали проводить службы. Сейчас тоже. И это было вполне основательным аргументом полтора года назад, когда губернатор Полтавченко отказался передавать собор церкви.  Что изменилось за это время? Кроме того, что теперь выборы уже прошли, а тогда ещё нет? (Хотя, собственно, какие ещё выборы в наше-то время?) Но – откуда взялись доводы, доказывающие необходимость вышвырнуть музей на улицу? Для него, якобы, даже не надо строить дополнительных помещений, как в Севастополе, уже выделили какие-то. Только в них особо не расположишься, не приспособлены. Да и смысла нет. «Составлять экспозицию малого Исаакиевского собора? Мы выросли рядом с четвертым по счету Исаакиевским собором, и создавать пятый, по меньшей мере, странно», — резонно заметил директор музея Николай Буров. И махнул на всё рукой.

Что, в общем-то, не удивительно. Он же всего лишь директор всего лишь музея. Не то, что Игорь Дивинский, экс-вице-губернатор, новоиспечённый народный избранник, депутат Госдумы. Он рассуждает по-государственному. «Не так давно жители нашего города проголосовали за губернатора Георгия Полтавченко, который впоследствии и принял решение о передаче Исаакиевского собора. За него проголосовало более 70% избирателей. Это огромный пласт общества великого города. Если они продемонстрировали своё волеизъявление, значит, доверяют Георгию Сергеевичу в принятии им решений по управлению городом», — назидательно написал он в специальном обращении по поводу передачи собора РПЦ. Вот ведь настоящий патриот города! Не зря его так нахваливал градозащитник и депутат Борис Вишневский. Мог тихо сидеть себе в Москве, и думать бы не думал о каком-то там провинциальном Питере. Ан, нет, волнуется, переживает, размышляет.

Не столь вдумчиво, но гораздо более эмоционально высказался другой московский парламентский сиделец, вице-спикер Госдумы Пётр Толстой. Прошёлся он и по интеллигенции, и по вопиющей музейной бездуховности. А заодно — по людям, являющимся «внуками и правнуками тех, кто рушил наши храмы, выскочив из-за черты оседлости с наганом в семнадцатом году, сегодня их внуки и правнуки, работая в разных других очень уважаемых местах — на радиостанциях, в законодательных собраниях, продолжают дело своих дедушек и прадедушек».

Уж не евреев ли имел в виду уважаемый оратор? — тут же поинтересовались из Федерации еврейских организаций России. Как можно? Речь, конечно, идёт о каторжниках! Это можно даже проверить с помощью нашей лингвистической экспертизы — тут же прозвучал ответ самого спикера Вячеслава Володина. Который задумчиво добавил, что, если экспертиза ничего такого не выявит, то кое-кому «придётся найти в себе смелость и сказать, что всё притянуто, и необосновано делались такие обвинения в адрес уважаемого человека». Да и сам «уважаемый человек» был «сильно удивлён реакцией». Это ж надо такое подумать! Он совсем другое имел в виду. Тоже, конечно столетней давности, но ничего такого… Но с другой, стороны, чем некие «каторжники» так уж хуже евреев? Каторгу, между прочим, декабристы отбывали. Да и евреи туда попадали, случалось.

Но было уже поздно. Борис Вишневский поспел и тут: «В нормальной стране антисемитизм в тяжёлой форме лечится правоохранительными органами. И уж точно — немедленным и позорным увольнением с должности», — сурово написал он в своём блоге и пообещал обратиться в Следственный комитет. Корректно и цивилизованно. А мог бы на дуэль вызвать. Как поступил бы его предшественник сто лет назад. А вот Буров не выдержал, пригласил депутата на «экскурсию». Один на один: «Я с удовольствием покажу ему и любому другому депутату Госдумы наш музей. Может быть, тогда мозги встанут на место и люди начнут говорить о том, что есть на самом деле, а не то, что является грязным домыслом».

Акулина Несияльская, специально для «В кризис.ру»

Власть

У партнёров