Женевские переговоры, траур в Казахстане, видеосессия СКБ ОДКБ слились в единый фон. Внешняя политика уже не только начинается дома, но и домой возвращается. «Реакция внутри страны, агрессия и контрреволюция на международной арене» – штамп советской пропаганды начала 1980-х идеально характеризует курс правящего режима РФ. Номенклатурная олигархия консолидирует свою власть через репрессии, пропаганду и войну. Первые дни 2022-го добавили страха перед восстанием. За который принято мстить.

Американо-российские консультации в Женеве «по гарантиям безопасности» намечались в конце прошлого года. И должны были задать камертон году пришедшему. Случилось, однако, иначе. Восставшие в Казахстане спутали карты могучим геополитикам. В новой реальности женевская тема ушла на задний план. Кремлёвский план жёстко надавить на западных партнёров, снять если не дипломатический выигрыш, то пиар-победу, лопнул на глазах. На фоне реального побоища стало не до блефов с фейками. И не до «коварной Наты».

Что там вчера перетирали семь с половиной часов делегации замминистра Сергея Рябкова и замгоссекретаря Венди Шерман – пожалуй, не все и заметили. Нечто вроде ностальгического «состоялся очередной раунд переговоров» из тех же 1980-х. «Нафталиновый хлам из Женевы, в уровнях-подуровнях путаются даже эксперты» – говорил об этом в своё время Михаил Горбачёв. Это вместо задуманного телеторжества над поверженной НАТО. Жизнь умеет учить.

Вкратце всё же напомним. Дважды за прошлый год, весной и осенью-зимой, власти РФ концентрировали крупные войсковые группировки на украинской границе. Сгущалась угроза массированного вторжения. Враждебность путинского Кремля к Украине – не прихоть, а органика. Революционное свержение «легитимного» Януковича в 2014 году непрощаемо по номенклатурным понятиям. В этом, и ни в чём другом, причины Крыма, Донбасса, соловьёвого визга и сосредоточения войск. Национальности и геополитика здесь не причём – только классовая месть за социально близкого коррупционера и страх перед революционным примером. Антиукраинская ненависть – это ненависть к народу на Майдане. Она неизбываема и столкновение неминуемо. Вопрос лишь, когда и как.«Нужны им постоянные победы над “враждебным окружением”. В каждой такой победе заложена простая угроза своему порабощенному населению: “Видите, пока что мы еще достаточно сильны и никто не может противостоять нашей мощи”». «Ликвидация внешнего мира – непременное условие окончательной победы над человеком. Остановка продвижения советской системы по планете даст возможность остановить процесс формирования винтиков, без которых не может существовать Машина». Владимир Буковский и Михаил Геллер написали это почти сорок лет назад.

Ныне вместо польской «Солидарности» – украинский Майдан, вместо Афганской войны – казахстанское восстание, вместо аппарата КПСС – ухудшенная копия в лице путиноидной олигархии. «Революция передвигается на новые рубежи» – ещё одно излюбленное выражение советской пропаганды, вполне применимое сегодня. С той разницей, что тогда вынуждены были вымучивать «революционность» из самих себя, а теперь – откровенный культ самого гнилого застоя-отстоя.

На публику кремлёвский официоз надумывает геополитические опасности. По принципу «держи вора при горящей шапке», ибо источником военных угроз на постсоветском (и не только) пространстве является он сам. В минувшем декабре Владимир Путин вдруг обратился к «риторике последнего часа», про подлётное время натовских ракет. Из недр лавровско-захаровского МИДа выкатились проекты договоров «о гарантиях безопасности». С ультимативным требованием к НАТО оставить в зоне путинского контроля «государства, ранее входившие в Союз Советских Социалистических Республик» (для начала, надо понимать). Говоря яснее, гарантировать тотальное господство чиновного произвола, коррупции и идеологического мракобесия в значительной части мира. Вот об этом и решили переговорить в Женеве. Самое место – у озера.

Каковы бы ни были нынешние западные лидеры, начиная с Джо Байдена, такое пока слишком даже для них. К тому же хамские эскапады лавровского аппарата не работают вне России. Над рябковским «пусть НАТО собирает манатки к рубежам 1997 года» в лучшем случае крутят у виска. Предмета для беседы нет. Хозяева Кремля являются властителями мира только в собственном воображении. Переговоры, естественно, закончились безрезультатно. Как любой диалог глухих. «Мы никому не позволим захлопывать двери Североатлантического альянса, принципиально проводящего политику открытых дверей», – сказала на брифинге Шерман. Рябков довольно сбивчиво обещал не нападать на Украину, тревожился о «провокациях» и выражал надежду, что на завтрашних переговорах с НАТО удастся добиться большего. Но уже очевидно – «гарантийные» бумаги партнёры завернули.

Нападение на Украину и впрямь стало очень проблематичным. «Спасибо братьям-казахам» – говорят украинцы о «втором фронте», оттянувшем имперские силы. Снова до гротеска повторяется положение вроде советского: Брежнев, Суслов и Андропов не могли вторгаться в Польшу посреди войны в Афганистане. Усмирение польского народа пришлось поручать генералу Ярузельскому. Украинского Ярузельского найти не удаётся.

Что произошло в Казахстане, ещё предстоит прояснить и освоить. Количество убитых определено пока в 164 человека, задержанных – можно сказать, пленных – до 10 тысяч. Очевидно главное: социальный бунт быстро перерос в политическое восстание. Требования снизить цены на топливо буквально в часах сменились лозунгами сброса опостылевшей власти. Протест был совершенно иным, нежели российские «навальнинги» или беларусские выступления. Другие движущие силы: вместо постмодерновых «креаклов» – глубинно-народные «мамбеты» из нищих селений и кварталов городской бедноты. Другая ментальность противостояния: государственное насилие встретило немедленный силовой отпор. И другая степень подавления, превзошедшая даже лукашенковскую. С приказами типа «патронов не жалеть» и паническим воззывом к иностранной интервенции. «Кристофа нет, грозят повстанцы, надежда знати лишь на вас!..»

Надо отдать должное номенклатурным вождям. Этапный характер последних дней они осознали стремительно. На вчерашней онлайн-сессии руководителей ОДКБ в целом сформулирована современная доктрина «суверенно-легитимных» диктатур. Сегодняшнее заявление Токаева о выводе из Казахстана иностранных войск в течение десяти дней ничего не меняет в принципе. Начало положено, прецедент создан, кран открыт.

«Майданные технологии, массовые беспорядки, бандиты, террористы» – в этот смысловой ряд вводится отныне любая оппозиционная деятельность в РФ и государствах-сателлитах. Вплотную подошли и к блокированию сетевых информкоммуникаций. С безотбойным аргументам: сегодня пишешь пост, завтра кидаешь коктейль. «До сих пор режим Путина и другие “новые автократии” хотя бы формально проводили разграничительную линию между “законными” и “незаконными” формами протеста. Теперь эта грань окончательно стирается. За любой самой законопослушной акцией может скрываться заговор подпольной сети спящих ячеек. Фактически это означает приравнивание любой оппозиции к вооружённому мятежу, да еще и инспирированному извне», – резюмирует петербургский радикальный оппозиционер Александр Скобов.Стильным решением стало озвучивание новой доктрины именно президентом Казахстана. Буквально неделю назад Касым-Жомарта Токаева воображали чуть не новым Горбачёвым. Сам он некогда позиционировался чуть не либертарианцем. Но поднялся мамбет – и рафинированный интеллигент скомандовал огонь на поражение. Без предупреждения. Когда лицом к лицу и «Кристофа нет», делается не до игрушек. «Это, брат, марксизм. Никуда не денешься. Наука…» – не зря всё-таки киноклассика. Как ни относись к марксизму.

Изложенная Токаевым правовая концепция несложна. Свобода собраний отменяется. Независимые СМИ запрещаются. Протест приравнивается к мятежу. И вообще, патронов не жалеть. Наступила иная эпоха. Вот только российская оппозиция, кажется, вновь отстаёт в усвоении. Много мудрых рассуждений, правильно ли поступали восставшие казахи. Ещё больше надежд на твёрдость… однако – в Женеве.

«Я никогда не призову людей рисковать собой» – появилась такая расхожая фраза среди адептов «законных форм» протестного движения. Довольно комичная: можно подумать, кто-то слушает их призывы к чему бы то ни было. Люди как-то сами решать способны. Хотя «мамбетами» в России не называются.

Никита Требейко, «В кризис.ру»

в Мире

Власть

У партнёров