• Переговоры в Стамбуле: Россия получила от Украины проект мира, боевые действия продолжаются

Темой дня стали украино-российские переговоры в Стамбуле. Никаких соглашений по итогам сегодня подписано не было. Однако участники и мировые СМИ отмечали «конструктивность» и «прогресс». Впервые озвучены некоторые базовые тезисы, так или иначе признанные обеими сторонами. Заявлено также о снижении интенсивности боевых действий. В то же время выражаются очень серьёзные сомнения в перспективах переговорного процесса. Бои 29 марта продолжались.

Перед началом переговоров выступил президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Он напомнил о своих дружеских отношениях с Владимиром Зеленским и Владимиром Путиным, выразил надежду на конструктивный диалог и пожелал успеха. Присутствие Эрдогана рассматривается как веский фактор, побуждающий к достижению и соблюдению договорённостей. Российскую делегацию возглавляет бывший министр культуры Владимир Мединский, украинскую – руководитель парламентской фракции правящей партии Давид Арахамия. Фигура Мединского в таком качестве изначально вызывало недоумённые вопрос, но есть предположение, что реальное руководство делегацией РФ осуществляет глава инвестиционной компании Millhouse Capital Роман Абрамович, считающийся близким к Путину олигархом.

Владимир Мединский назвал переговоры «конструктивными», а украинские предложения «понятными». В этих предложениях очерчены контуры проекта мирного договора. Проект основан на следующих основных тезисах.

Украина соглашается на внеблоковый статус – то есть невступление в НАТО (которая и не собиралась её принимать, о чём неоднократно заявлялось). Взамен Украина получает совместные гарантии безопасности от США, РФ, КНР, Великобритании, Франции, Германии, Италии, Канады, Польши, Турции и Израиля. По сути эти гарантии близки к статье 5 Североатлантического договора: нападение на Украину рассматривается как нападение на все государства-гаранты. Вступление в Евросоюз является суверенным правом Украины.

Украина не допускает размещения на своей территории иностранных вооружённых сил (пока что единственными иностранными войсками в Украине являются войска РФ, против которых ВСУ ведут боевые действия). Также Украина подтверждает свой безъядерный статус (зафиксированный ещё в Будапештском меморандуме, нарушенном в 2014 году). В остальном численность и оснащение ВСУ – суверенное право Украины.

Вопрос о принадлежности Крыма и Севастополя откладывается на 15 лет. Вопрос о территориях Донбасса, известных как «ДНР/ЛНР», будет рассматриваться отдельно на переговорах между президентами Украины и России. До сих пор Кремль отказывался обсуждать статус Крыма и Севастополя, а признание «ДНР» и «ЛНР» стало преддверием «спецоперации».

Ни о какой «демилитаризации», тем более «денацификации» (абсурдная установка в свете объективной реальности) речи не идёт. Равно как и о смене власти в Украине. Между тем, именно эти задачи, хотя и с разной степенью откровенности, официально ставились президентом РФ при начале «спецоперации».

По завершении переговоров Мединский сказал, что «эти предложения будут доложены президенту», после чего «получен соответствующий ответ». Он сказал также, что РФ делает два шагу навстречу Украине. Характер этих шагов уточнил заместитель министра обороны РФ генерал-полковник Александр Фомин: «Принято решение кардинально, в разы сократить военную активность на Киевском и Черниговском направлениях». Отвод российских войск на этих направлениях действительно отмечается. Однако происходит он с боями, продолжались и артиллерийские обстрелы. Ракетный удар нанесён по Николаеву. Мединский уже пояснил, что «притормаживание и деэскалация» пока не означают прекращения огня.

Несколько последних дней видные военные и политические руководители РФ – заместитель начальника генштаба генерал-полковник Сергей Рудской, председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко, министр обороны Сергей Шойгу – высказывались в том смысле, что целью «спецоперации» является «обеспечение безопасности Донбасса». Тем самым фактически дезавуировались прежние глобальные притязания на «демилитаризацию и денацификацию Украины» и даже на «установление нового миропорядка». Непредвиденно сильное украинское сопротивление вынудило сузить амбиции. Однако на востоке и юго-востоке Украины бои продолжаются с прежним и даже с нарастающим ожесточением, как в Мариуполе.

Национальные силы Украины с крайним недоверием восприняли информацию о переговорах. С их точки зрения речь идёт не более чем о выигрыше времени со стороны РФ для перегруппировки и новой попытки наступления. Они настаивают на максимальном укреплении и активизации ВСУ. С другой стороны, к окончательному военному решению, новой атаке на Киев призывает генерал-лейтенант Кадыров. Имперские и прокремлёвские агитаторы и политологи либо ошарашены, либо вопят о «предательстве».

Следующий раунд переговоров запланирован в видеоформате. Далее предполагается новая очная встреча. Теоретически процедура урегулирования предполагает прекращение огня, парафирование договора на уровне МИД обеих стран, далее парламентские ратификации обеими сторонами и государствами-гарантами. Но всё это – в том случае, если настрой на урегулирование серьёзен. В чём по обе стороны существуют большие сомнения. Нельзя не признать, что эти сомнения имеют основания.

У партнёров