Длакама не дал себя убить

«Они хотят убить Длакаму», – говорил он о себе и своих многочисленных врагах. Хотеть не вредно, но убить его не сумели. Однако его не стало. Афонсу Длакама, лидер Мозамбикского национального сопротивления, скончался сегодня сам. Партизанскому командиру РЕНАМО, крупному политику Чёрного континента, пятикратному кандидату в президенты Мозамбика было 65 лет. В своей главной войне он победил. Но победы ему было мало. Потому что жизнь – это не только война.

Где и как он покинул мир, в точности пока неизвестно. Уже давно Длакама скрывался на тайной базе вооружённых формирований РЕНАМО. По всей видимости, база расположена в провинции Софала. Неподалёку от города Горонгоза. Это его родные места. Здесь начиналось Мозамбикское национальное сопротивление. 40-летие которого отмечалось в прошлом году.

 Он родился в первый день 1953 года. Когда в 1975-м из Мозамбика ушли португальцы, Длакаме было 22. Молодой солдат вступил в марксистско-ленинскую партию ФРЕЛИМО, под знаменем которой провозглашалась независимость. Но уже через год вышел из этой партии. Свободолюбивому Афонсу было не по пути с коммунистами.

Прошёл ещё год, и Афонсу Длакама взял в руки оружие. Боец антикоммунистического национального сопротивления умел хорошо воевать. Быстро выдвинулся среди повстанческих командиров. Когда 17 октября 1979-го в бою под Горонгозой погиб основатель РЕНАМО Андре Матсангаисса, во главе движения стал Афонсу Длакама. Сначала он только командовал партизанской армией. Собственно, это и было его настоящим делом: по складу личности Длакама – военный, а не политик. Но в 1983 году в мутной разборке был убит генеральный секретарь РЕНАМО Орланду Криштина. Никого авторитетнее Длакамы на замену не нашлось. Так он сделался политическим лидером.

Гражданская война в Мозамбике продолжалась полтора десятилетия. И окончилась только когда вожди ФРЕЛИМО торжественно отбросили знамя марксизма-ленинизма, согласилась на многопартийную демократию и заключили почётный мир с повстанцами. РЕНАМО стала легальной оппозиционной партией. Длакама – видным мозамбикским политиком, парламентарием и членом Госсовета. Казалось бы, хэппи-энд. Но Длакама так не считал.

Номенклатура ФРЕЛИМО легко научилась править без коммунизма. За ней остался чиновный аппарат, силовые структуры, а заодно прибралась к рукам та самая частная собственность, которую раньше всячески истребляли. Богатейшим человеком Мозамбика стал Арманду Гебуза – некогда партийный куратор госбезопасности, огнём и мечом выжигавший «буржуазные пережитки». Соперничать с ним в бизнесе смог разве что Жасинту Велозу, первый шеф этой самой госбезопасности (и кстати, белый португалец).

С такой форой фрелимовцы без особого труда поставили себе на службу демократические формальности. Что должны были думать ренамовцы и их избиратели – крестьяне-патриоты? Не забывшие, как избивали колониальными стеками надсмотрщики фрелимовских лагерей – теперь записные демократы и «очкастые частные собственники» (только не на «жигулях», как персонаж песенки Высоцкого). Они хмуро вопрошали Длакаму: за это, что ли, боролись? за это погиб Андре?

Пять раз Афонсу Длакама баллотировался в президенты. И пять раз проигрывал. Иногда на грани успеха (в 1999 году он получил 47%). Иногда с разгромным счётом (в 2009-м за него проголосовали менее 17%). Побеждали боссы ФРЕЛИМО. Сначала хитроумный «перестройщик по-чёрному» Жоаким Чиссано. Потом тот самый бизнес-чекист Гебуза. А в последний раз – Филипе Ньюси, бюрократ застойной генерации, сделавший карьеру в мозамбикском аналоге РЖД, а потом в Минобороны.

Афонсу Длакама, не забудем, был бойцом крестьянского происхождения. Особой креативностью не отличался, ибо не креакл. «Устал я от игр ФРЕЛИМО», – сказал он на всё это. И приказал расконсервировать базы в джунглях. С 2012 года ветераны и молодёжь РЕНАМО снова взялись за автоматы. И сели на велосипеды – это в Мозамбике главный боевой транспорт.

Началось с уличных драк между партийными активистами. Несогласные ренамовцы против титушек-фрелимовцев. Потом – нападения на полицейские участки, уже со стрельбой. А 14 июня 2015 года – уже вполне армейский бой с десятками убитых. «Да, я отдал приказ, – сказал Длакама. – Я человек мира, не хочу пугать общественность и инвесторов. Но я воюю за демократию». И понеслось…

Остановились бои на Рождество 2016 года. К тому времени Гебузу, с которым у Длакамы никак не складывались отношения, сменил Ньюси. Всё же не чекист. Филипе и Афонсу назвали друг друга братьями. Завязались переговоры. О чём? Длакама не вдавался в детали. Ясно, что шли очередные игры ФРЕЛИМО. Но хотя бы без крови. К тому же, Ньюси вроде согласился на конституционные реформы и децентрализацию власти. А самоуправление на местах резко поднимало шансы РЕНАМО.

Но, так или иначе, Длакама оставался на партизанской базе. И бойцы его стояли наизготовку. (Кстати, удобное место, чтобы не встречаться с женой Розарией Мбириаквирой, которая через прессу требовала повышенного содержания на восьмерых детей, которые якобы «бедствуют». В Португалии.)

Афонсу Длакаму часто сравнивали с Жонашем Савимби. Логично: оба командовали антикоммунистическими повстанцами в португалоязычной Африке. Правда, Савимби был анархо-социалистом, а Длакама – консервативным национал-демократом. Зато в ином сходились. Оба, например, любили улыбнуться в сорок четыре зуба. Хотя Жонаш словно родился в драке, а Афонсу скорее походил на мирного счетовода или доброго доктора. Если не злить. Оба ведь умели быть и очень серьёзными.

И ушли из жизни похоже – Жонаш прямо в бою, Афонсу – на военном становище. Именно о судьбе Савимби раздумывал Длакама, когда говорили, чего хотят эти самые «они». Которые в Мозамбике и Анголе одинаковы. Недаром Ньюси нахваливал ангольских союзников. «Восхищаются ангольской моделью решения и разглагольствуют о мире? Ну-ну», – резонно замечал комиссар РЕНАМО Жозе Карлуш Круш, теперь один из возможных преемников Длакамы.

Они умели сражаться. «Упадёшь – поднимись» было их непреходящим принципом. Но они не предвидели силу обмана, силу превращения, феноменальную изворотливость врага. Потому что были людьми прежнего времени. Людьми Холодной войны XX века с её жестокой, но честной ясностью. Теми, кого не хватает теперь. А они ещё и уходят.

Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»

Поделиться