Ингушский протест как зеркало российской революции

Несмотря на смену руководителя региона, в Ингушетии продолжается противостояние власти с обществом. Конфронтация вступила в новую фазу. Репрессиям стали подвергать женщин-активисток. Уже известны примеры Изабеллы Евлоевой и Зарифы Саутиевой. А на прошлой неделе в маленькой республике даже появился «свой Иван Голунов» — бывший редактор оппозиционного интернет-издания «Фортанга» Рашид Майсигов.

Массовые гражданские протесты в Ингушетии начались 26 сентября прошлого года, когда тогдашний глава республики Юнус-Бек Евкуров и лидер Чечни Рамзан Кадыров подписали договор об установлении границы и разделе территорий. С 4 октября в Магасе проходил бессрочный митинг. На одной из акций выступил пользующийся авторитетом среди ингушей Руслан Аушев – первый президент республики (1993–2001 годы), генерал, Герой Советского Союза, ветеран войны в Афганистане, председатель Комитета по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств СНГ.

6 декабря 2018-го Конституционный суд РФ признал соглашение о границе законным, и протесты пошли на спад. В марте нынешнего года Евкуров внёс в Народное собрание республики законопроект, отменяющий право народа решать вопрос о границах республики путём референдума. В ответ на митинге 26 марта оппозиция потребовала отставки Евкурова, отмены соглашения с Кадыровым, возвращения прямых выборов главы Ингушетии.

27 марта власти впервые применили против протестующих силу, подрядив для этого полицию и Росгвардию из других регионов. Местные силовики ещё осенью поддержали митингующих земляков, совершали совместные намазы. Против трёхсот ингушских оппозиционных «спартанцев» были возбуждены административные дела. Еще три десятка оппозиционеров подверглись уголовным преследованиям.

Через неделю, 3 апреля, после судов в Магасе старейшина Ахмед Барахоев, председатель Общественного движения «Опора Ингушетии» Барах Чемурзиев, Барах Чемурзиев и председатель Ингушского Комитета Национального Единства (ИКНЕ) Муса Мальсагов Муса Мальсагов были вывезены на вертолёте в Нальчик. Всем им поначалу вменялась «административка». Но затем были возбуждены уголовные дела по статье о применении насилия к представителям власти.

По тем же обвинениям были помещены под стражу в нальчикское СИЗО-1 бывший сотрудник ингушского УБЭП Хасан Кациев, глава Совета молодежных организаций Ингушетии Багаудин Хаутиев, бывший боец Российской федерации смешанных боевых единоборств, детский тренер Муса Плиев. Там же оказались трое племянников муфтия Духовного центра мусульман Ингушетии Исы Хамхоева — Гелани, Магомед и Зубейр Хамхоевы.

Кроме того, в столицу Кабардино-Балкарии были вывезены активисты Рашид Аушев, Аслан Аушев и Руслан Дзейтов, а также рядовые участники протестов Зелимхан Бопхоев, Дугиев, Ахмед Нальгиев, Сейт-Магомед Нальгиев, Тимур Озиев, Ризван Оздоев, Амир Осканов и Зелимхан Томов. 13 мая в аэропорту Минска при вылете в Прагу был арестован по запросу российской стороны лидер организации «Выбор Ингушетии» Исмаил Нальгиев.

По «случайному» совпадению, в Москве по «техническим причинам» стали срывать культурно-просветительные мероприятия, связанные с ингушской тематикой. Московский дом национальностей (МДН) отменил показ документального фильма «Свобода Родина Язык» о поэте Исе Хашагульгове. Режиссер фильма Хава Хазбиева живёт в Петербурге. Долгожданный кинооказ состоялся 6 июня – в музее истории ГУЛАГа. В эти же часы по соседству, у здания столичного ГУМВД на Петровке, сотни москвичей требовали освободить журналиста Ивана Голунова.

На 25 июня в московском историческом парке «Моя Россия» 25 июня была запланирована научно-практическая конференция «Проблемы взаимодействия власти и общества в контексте современных социально-политических процессов в Республике Ингушетия». Но накануне дирекция парка вспомнила про «плановые технические мероприятия».

Правда, затем неожиданно последовал «дембельский аккорд» десантника Евкурова. 26 июня он заявил о своей отставке. По указу Владимира Путина новым врио главы региона был назначен Махмуд-Али Калиматов, прокурорский работник из Самары. В 2004-2007 годах он был прокурором Ингушетии. Его брат, офицер ФСБ Алихан Калиматов погиб в 2007 году и был посмертно удостоен звания Героя России. Фамилия Калиматовых относится к тейпу Кокурхой. При Николае II сотни представителей этого ингушского тейпа были сосланы в Сибирь за отказ выдать легендарного чеченского абрека Зелимхана Харачоевского

Когда Махмуд-Али Калиматов был прокурором, президентом республики являлся генерал ФСБ Мурат Зязиков. Калиматов и Зязиков – свояки, их жёны – сестры. Зязиков был вынужден покинуть президентское кресло после скандала из-за убийства Магомеда Евлоева, правозащитника и владельца оппозиционного сайта Ингушетия.Ru.

Новое место работы Евкурова – Минобороны РФ. Он стал заместителем министра Сергея Шойгу. И даже получил очередное воинское звание – генерал-лейтенант. Тогда же генерал-лейтенантом стал и чекист Зязиков, зам полпреда президента по ЦФО. Такое же звание давно носит Руслан Аушев.

Ингушская общественность не скрывала ликования по поводу смены первого лица республики. Евкурова заменили на Калиматова в пожарном порядке. 8 сентября в Ингушетии муниципальные выборы, а рейтинг партии власти снижается. По схожим причинам в «нашем» Севастополе «варяга» Дмитрия Овсянникова заменили на нового «варяга» Михаила Развозжаева.

В субботу 13 июля был перейден новый рубикон. Вывезена в Нальчик активистка Зарифа Саутиева — бывшая заместительница директора Мемориального комплекса жертвам репрессий в Назрани. Саутиевой также инкриминируют насилие в отношении полицейских. В понедельник в Нальчике начался суд. Выразить солидарность с пришли местные общественники.

В ту же субботу был арестован бывший редактор оппозиционного интернет-издания «Фортанга» Рашид Майсигов. Как и Ивану Голунову, ему инкриминируют «народную статью» УК РФ – 228 (наркотики). В последнее время журналисту часто звонили и угрожали неизвестные. Зарифа Саутиева – коллега Майсигова по «Фортанге», внештатный автор публикаций на тему депортации 1944 года и осетино-ингушского конфликта 1992 года.

Многие сторонние наблюдатели неправильно думают, будто на Кавказе якобы назревает этнический и территориальный конфликт между двумя родственными вайнахскими мусульманскими народами – ингушами и чеченцами. Это не так. Во время двух войн в родной Чечне десятки тысяч беженцев нашли временное пристанище в соседней Ингушетии. Во времена Руслана Аушева в парламенте Ингушетии были специальные этнические квоты для депутатов от русской и чеченской общин. Большинство жителей села Пседах в Малгобекском районе – этнические чеченцы. Как и суфийские вирды (братства), некоторые вайнахские тейпы являются смешанными, состоят из чеченцев и ингушей.

Антиевкуровские митинги проходили недалеко от памятника Ахмату Кадырову. Когда Рамзан Кадыров и спикер парламента Чечни Магомед Даудов (Лорд) приезжали на переговоры к лидерам ингушской оппозиции, никто не прогонял гостей обратно. Все понимали – есть кодекс вайнахской этики, исламские каноны, авторитет старейшин и другие рамки, которые никто не вправе переступать. Далёкие от политических интриг простые чеченцы и ингуши в общении между собой деликатно избегают спора о земле за Фортангой.

Более двух веков назад старейшины ингушских фамилий приняли историческое решение – связать судьбу своего народа с Россией. После референдума 1992 года на карте мира появилась Республика Ингушетия в составе Российской Федерации – национальная государственность, форма национального самоопределения ингушского народа.

В 2018-м после «пенсионной реформы», объявленной сразу после очередной инаугурации Путина, в массовом сознании десятков миллионов россиян начался перелом.  В силу компактности территории, национальной консолидации и мобилизации, традиций вайнахской родоплеменной «военной демократии» маленькая Ингушетия раньше других регионов России и даже раньше обеих столиц достигла новой фазы в политическом развитии, роста гражданского сознания, демократизации снизу.

Будущая общероссийская весна перемен началась прошлой осенью в Ингушетии. На «сказочный» Первомай она пришла в Питер на Невский. А на «красный день календаря» 14 июля, в 230-летний юбилей Великой Французской революции – в Москву на Тверскую.

Ион Брынзару, специально для «В Кризис.ру»