Совсем недавно, выступая по случаю 70-летия Дня Европы, председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен пламенно призывала к всеевропейской солидарности. Пафосно говорила о необходимости взаимодействия и взаимопомощи. Чуть раньше она публично бичевала себя и своих еврокомиссаров за нерасторопности в помощи охваченной пандемией Италии. В общем, если послушать, нет человека приверженнее идеалам ЕС, чем 13-й председатель ЕК.

Но удивительное дело ― всё, о чём говорит Урсула фон дер Ляйен, как будто не касается её родной Германии. Даже наоборот. Именно против своей страны она собирается вводить санкции. Такие же жёсткие, как против РФ. Хотя и по совсем иному поводу. Санкции в отношении РФ продиктованы реальным нарушением международных соглашений. Санкции против ФРГ (если всё-таки процедура будет запущена) исключительно меркантильны ― из-за денег. Причём немецких.

Пять лет назад, в 2015 году Европейский Центробанк вознамерился поднять всеевропейскую экономику, а также поддержать трещавшие финансы Греции, Испании, Италии. Была запущена так называемая программа количественного смягчения. Успешно реализованная в США во время мирового кризиса-2008.

Суть количественного смягчения по-европейски состояла в скупке ЕЦБ гособлигаций стран ЕС. Которая продолжалась до конца 2018 года. Стоила около €2,6 трлн. Проще говоря, речь шла о масштабных денежных вливаниях по облигационной схеме. Эти средства были применены как инвестиции и действительно возымели эффект.

Сейчас, в условиях нового кризиса, вызванного пандемией COVID-19, ЕЦБ планирует повторить удачный опыт. На скромную сумму €750 млн. Хотя даже Кристин Лагард, ставшая главой ЕЦБ незадолго до начала пандемии, ещё в марте высказывалась в том плане, что не очень-то правильно сглаживать разницу в доходах за счёт богатых стран. Крик поднялся ужасный, особенно в стане более бедных. Лагард взяла свои слова назад. Но проблемы от этого не снялись.

Новая инициатива ЕЦБ по очередному количественному смягчению совершенно не вызвала энтузиазма в ФРГ ― главном источнике средств Евросоюза. Как посчитали в Берлине, эта программа нарушила Основной закон Германии. Около 2 тысяч представителей бизнеса подали иски, требуя ограничения деятельности ЕвроЦБ. Скупка ценных бумаг ведёт к снижению ставок по вкладам. В результате ― потери вкладчиков и разгон инфляции. К тому же, ЕЦБ не привлекал к решениям и проверкам ни правительство, ни бундестаг ФРГ.

В 2018 году Европейский суд, однако, посчитал, что ЕЦБ действует в рамках установленного в ЕС закона. Иски были отклонены. Но немцы не успокоились.

Жалоба была направлена в Федеральный конституционный суд (ФКС) Германии. Истцы не очень-то рассчитывали на успех. Однако 5 мая ФКС принял историческое решение: признал, что программа количественного смягчения частично нарушает Конституцию Германии. И запретил Бундесбанку участвовать в программах выкупа бумаг ЕЦБ. Пока не будет доказана конституционность таких действий.

«Оскорбительные слова немецкого суда, ультиматум и угроза ЕЦБ», ― разгневан главный экономист еврозоны датчанин Клаус Вистесен. Ему возражает председатель ФКС Андреас Фосскуле: «Мы твёрдо верим, что это решение является хорошим для Европы, потому что оно усиливает верховенство закона».

Большинство немцев, естественно, согласились со своим судьёй. Не только рядовые граждане. Йенс Вайдманн, глава Бундесбанка, тут же заявил, что намерен «обеспечить выполнение принятого постановления». Его поддержал представитель немецкого минфина Денис Кольберг: «Правительство выполнит все предписания Конституционного суда и выполнит».

Тут-то и начался настоящий скандал. Причём начал его тоже немец ― депутат Европарламента от Европейской партии зелёных Свен Гигольд. Он призвал Еврокомиссию провести проверку на предмет нарушения его родиной общеевропейского законодательства. «Мы изучаем возможные последующие шаги, в том числе касающиеся разбирательства о нарушении», ― тут же ответила ему немка Урсула фон дер Ляйен. И начала грозить санкциями. Её заместитель чешка Вера Юрова собирается провести соответствующее расследование.

Германия в долгу не осталась. Штеффен Зайберт, представитель кабмина ФРГ посоветовал Еврокомиссии задать вопросы федеральному правительству. Канцлерин Ангела Меркель обещает не идти на конфликт, если ЕЦБ докажет необходимость программы. Пока ситуация развивается по немецкому поэту-коммунисту Бертольту Брехту: «Всех убедит разумный аргумент. ― Не тех, кому платить большой процент».

Захотят ли Кристин Лагард и Урсула фон дер Ляйен что-то объяснять, вопрос открытй. Возможно, в назидание другим, сразу начнут судебное разбирательство. Не ясно, впрочем, к чему оно приведёт. Даже если Евросуд через несколько лет назначит Германии непомерные штрафы, не факт, что они будут выплачены. Не факт, останется ли Евросоюз.

Во всяком случае, неутомимый Джордж Сорос уже предсказал ЕС печальную судьбу: «Колёса правосудия движутся очень медленно, в то время как угрозы, такие как коронавирус, движутся очень быстро. Это становится проблемой для ЕС… Могут ли Венгрия и Польша решить, будут ли они следовать европейским законам или собственным судам, чью законность поставил под сомнение ЕС? Этот вопрос касается самого сердца ЕС, которое основано на верховенстве закона. Польша немедленно воспользовалась случаем и заявила о превосходстве своих контролируемых правительством судов над европейским законодательством». И предрёк большие перемены. Конечно, к худшему. Впрочем, пророчества Сороса сбываются очень редко. Точнее ― вообще не сбываются. Он не смог предсказать даже потери собственных $2 млрд во время российского кризиса 1998 года

Но Польша и Венгрия упомянуты не зря. Далеко не всех участников ЕС устраивает диктат евробюрократии. Национал-католические правительства в Варшаве и Будапеште составляют авангард «бунта наций». Польский премьер Матеуш Моравецкий уже назвал решение ФКС «одним из важнейших судебных вердиктов в истории Европейского Союза». Неизбежный развал ЕС из-за коронавируса видит в своих грёзах Марин Ле Пен. На обломках этой «искусственной конструкции», которая должна рухнуть вслед за СССР, Ле Пен мечтает узреть новую «Европу наций». И видит тому явные признаки: не зря, мол, в ход пошли такие красивые слова как как «границы», «суверенитет» и «национальные интересы». Из лексикона Путина ― близкого Ле Пен выходца из того самого СССР.

В который и россияне-то не стремятся. Им больше по сердцу нынешняя Европа без кордонов и суверенитетов. А евробюрократия? Ну с ней уж как-нибудь европейцы справятся. Вот уже начинают помаленьку. Пример подаёт, кстати, самая законопослушная страна Евросоюза. Очень заразительный пример.

Ульяна Коваленко, специально для «В кризис.ру»

в Мире

У партнёров