Недавно Госдума приняла очередную судьбоносную законодательную новацию. Согласно поправкам в федеральный закон о Росгвардии, бойцы обязаны представляться гражданам. Это, несомненно, широкий шаг на пути к правовому государству. Как встали мы на этот путь при Михаиле Сергеевиче, так шагаем уже треть века. Вот, теперь ещё приблизились. Уже рукой подать. Если, конечно, не возникнет чрезвычайных обстоятельств, при которых никто представляться не обязан.

Вышли с инициативой, как говаривал тот же Михаил Сергеевич, шестеро депутатов: Александр Хинштейн, Василий Пискарёв, Валерий Гартунг, Антон Гетта, Владимир Гутенев, Сергей Чижов, Дмитрий Скриванов. Все, кроме «справоросса» Гартунга, члены «Единой России». Главный творец инициативы Хинштейн – советник командующего Росгвардией генерала Золотова, первого из «путинских преторианцев» (и прошёл аналогичный путь от преданного демоельциниста до столпа державных репрессий). Скоро год, как депутат-журналист Хинштейн вместе с депутатом-генералом Пискарёвым продвинули в Госдуме другой законодательный пакет – об ужесточении порядков в штрафных изоляторах и камерных помещениях. Кому, как не им, обеспечивать гражданам правозащиту от силовиков?

Вроде бы населению сделана небольшая уступка. Хотя бы от случая к случаю. По части 2 статьи 4 новой редакции закона, останавливая гражданина, росгвардеец должен называть фамилию, звание и должность, показывать удостоверение и даже, фантастика, сообщать, в чём дело и что ему от гражданина нужно. Но с самого начала введена оговорка: «Сотрудник имеет право не исполнять требования, предусмотренные частью 2 настоящей статьи, при возникновении обстоятельств, создающих непосредственную угрозу жизни и здоровью сотрудника или иных лиц, либо которые могут повлечь за собой иные тяжкие последствия». Это «либо которые иные» вообще фактически отменяют всё предыдущее. Ибо какие последствия у нас не тяжкие? Кому сейчас легко?

Понятно, что при возникновении нештатной ситуации – будь то случайное задержание, не говоря об оппозиционном митинге – никто никаких удостоверений предъявлять не будет. Угрозы же кругом.

При создании Росгвардии в 2016 году могло показаться странным: для чего эта структура как таковая? Десятки лет внутренние войска, ОМОНы, СОБРы, спецназы, полицейская служба охраны существовали сами по себе. На отсутствие гвардейского единения вроде не жаловались. С какой же целью их сводили в Росгвардию. Просто ради того, чтобы она существовала? С новой формой и расширенными полномочиями? Какое-то время так оно и выглядело. Но только если смотреть поверхностно.

Мощная гвардейская операция пришлась в столице на день ВДВ (раньше такими темами занимался просто ОМОН). Пресекалось нарушение общественного порядка в Парке культуры имени Горького. Росгвардия усмиряла празднующих десантников. Видео потасовки снято 2 августа и выложено в соцсетях. Конфликт завязался в результате традиционных алкогольных возлияний с купаниями в фонтанах. Мужчина в голубом берете остался недоволен замечанием росгвардейца, десантники подоспели на помощь товарищу… По факту возбуждено уголовное дело. Между прочим, применение насилия в отношении представителя власти. Где-то может даже круче брошенного стаканчика.

Но не будем обманываться – Росгвардия не за этим сформирована. На улицах столицы в летние дни можно было наблюдать огромное количество бойцов. И больше всего их было в день голосования по обнулению Конституции. Вот это уже теплее. Реальные цели и задачи очевидны: держать в повиновении несогласных, которые по мере социально-экономического падения и олигархо-бюрократического произвола превращаются из групп в массы. Для этого не годятся ни армия, ни «просто» полиция.

Расклад на осень 2020 года хорошо известен – впереди местные выборы. В принципе, эта процедура в «послеобнулительный» период утратила последний смысл. Однако законопослушная оппозиция продолжает действовать по европравовым нормам, призывает к «умному голосованию» и т.д. И даже эти обречённые попытки явно нервируют власть. Официальные лица уже заговаривают о переносе единого дня голосования. Председатель ЦИК ссылается на неудобства, связанные с началом учебного года. Но думается, сложности видятся в другом.

Хабаровские протесты превратились в постоянный фактор российской политики. С другого конца обжигают явно неизбежные перемены в Белоруссии. Успеет ли каждый росгвардеец каждому представиться?

Юрий Сосинский-Семихат, специально для «В кризис.ру»

Власть

У партнёров